«Утрехтский Брейгель» - Йост Корнелис Дрохслот

«Утрехтский Брейгель» - Йост Корнелис Дрохслот
 
Йост Корнелис Дрохслот (1586—1666) — голландский живописец, вступил в гильдию Св. Луки в 1616 г. Писал бытовые картины, в особенности деревенские празднества, танцы, пейзажи, оживленные многочисленными фигурами, а также исторические картины в духе Тенирса Старшего, но уступал последнему в силе и прозрачности колорита и в мастерстве кисти.

Йост Корнелис Дрохслот – интересное явление в утрехтской школе первой половины XVII века. Наследие художника значительно: до нас дошло около 350 его картин. На протяжении всей творческой карьеры Дрохслот работал много: самая ранняя известная картина датирована 1615 годом; последнюю работу он написал в год смерти - 1666. Дрохслот не вступал в соперничество со своими знаменитыми земляками, ни с Абрахамом Блумартом и Иоахимом Втевалем, специализировавшимися на традиционно высоко ценимой исторической живописи, ни с портретистом Паулюсом Морельсе. Он обратился к жанрам, которые были малоизвестны в Северных Нидерландах, особенно в Утрехте. Тонко чувствуя спрос, художник мастерски создавал доступные развлекательные сюжеты.

Именно Дрохслот познакомил Утрехт со стилем Питера Брейгеля Старшего (ок. 1520–1569) и его последователей. Он придерживался этого стиля на протяжении всей жизни: 180 работ – более половины всего созданного им – составляют крестьянские сцены. За редкими исключениями, изображения крестьян, веселящихся перед трактиром или на деревенской площади, не относятся к числу лучших его работ. Почти все картины написаны по одной схеме, в ограниченной палитре, состоящей в основном из коричневых тонов с несколькими штрихами красного и синего. Крестьянские сцены приятны для глаз, но художественная ценность их в целом невысока. Именно эта категория картин исторически закрепила за Дрохслотом репутацию посредственного малоинтересного художника. Арнольд Хоубракен задаёт тон в своей работе «De groote schouburgh der Nederlantsche konstschilders en schilderessen» 1718 года. Он описывает картины Дрохслота как «крестьянские ярмарки, где можно увидеть лавки с пирогами, рядом с домами деревенской общины и церкви вдалеке». Биограф особо подчёркивает отсутствие разнообразия в этих работах, которые, по его мнению, «все кажутся отлитыми в едином стиле» [2, p. 288]. В другой работе Хоубракен символом доступности картин, наводнивших рынок, называет крестьянские ярмарки Дрохслота [3, s. 278]. Подавляющее большинство более поздних критиков также ограничивались рассмотрением этой части наследия художника, при том, что у Дорхслота есть гораздо более интересные и более самобытные темы и жанры.

Дрохслот не только не боялся писать в не привычном для себя стиле, но и обращался к темам, не имевшим живописной традиции в его родном городе. Например, он был первым в Утрехте, кто писал пейзажи с реальными городскими видами. Его «Вид на Ганценмаркт…» в Утрехте, написанный до 1618 года, — первое топографически точное изображение города. Картина изображает повседневную жизнь такой, какой ее видели жители Утрехта в XVII веке.

 

Время написания картины помогает определить Домская башня на заднем плане, на картине она еще без часов, установленных в 1618 году.

Дрохслот был единственным в своем родном Утрехте, кто запечатлевал важные события для Нидерландов, очевидцем которых он был. Таким образом он откликнулся на потребность горожан видеть подобные моменты увековеченными. Хорошим примером является изображение ключевого момента в битве между ремонстрантами (арминианами) и контрремонстрантами (гомаристами), представителями религиозных течений в нидерландской кальвинистской церкви, которые в начале XVII века в Республике Соединённых провинций получили значение религиозно-политических группировок . 31 июля 1618 года принц Мауриц, выступавший на стороне контрремонстрантов, приказал утрехтским наемникам сложить оружие. Эти наемники, или «вардгельдеры», были наняты для выполнения обязанностей голландской армии. Спрос на изображение этого события был настолько велик, что Дрохслот повторил его по меньшей мере 12 раз.

 

 

Разграбление испанцами, вторгшимися в несколько городов провинции Утрехт в 1630-х годах, оказало столь сильное влияние на горожан, что Дрохслот изобразил эту тему по меньшей мере 30 раз.

Он также экспериментировал с разными жанрами, включая речные и зимние пейзажи. Десять известных ледовых сцен считаются вершиной его творчества, и их качество сопоставимо с работами крупных мастеров XVII века, таких как Хендрик Аверкамп (1585-1634). Поэтому не удивительно, что зимние сцены Дрохслота можно найти в Эрмитаже и Прадо.

 

Дрохслот написал 15 интерьерных сцен, одна их которых «У заимодавцев» находится в Большом собрании изящных искусств ASG.

 

Художник изображает драматичную сцену, которая трогает именно своей будничностью. Вдова с тремя детьми, пришедшая либо за отсрочкой платежа, либо в надежде получить новый кредит, понимает, что ей откажут, как понимают это и старшие дети, один из которых расплакался. Самый младший держится за юбку матери и пытается уловить смысл происходящего по ее лицу. За столом сидят сытые хорошо одетые кредиторы, которых не может тронуть эта сцена, они к ней привыкли. За их спинами расположилась группа служащих, которых происходящее и вовсе забавляет, они уже приготовили расписку, чтобы показать всю бесполезность просьбы.

За спиной обездоленных собираются закалывать свинью, которую приволокли на веревке, и уже приготовили лохань, куда будут сцеживать кровь. На возвышении за балюстрадой заключается сделка, хорошо одетый господин читает газету или биржевую сводку на стене, все контрастирует с посетительницей, разводящей руками в немой просьбе.

Дрохслот написал как минимум три автопортрета, запечатлев себя в разные периоды своей жизни. Первый автопортрет написан в 1627 году в образе бонвивана на фоне пейзажа с бокалом вина в одной руке и трубкой в другой.

 

Более поздний портрет (1630) изображает художника в его мастерской за мольбертом с палитрой в руках. На заднем плане слуга растирает краски, что является типично голландским сюжетом.

Раннее творчество Дрохслота было несправедливо забыто. Между тем, основываясь на работах, созданных им в период с 1615 по 1630 год, можно проследить, как фламандский стиль проник в творчество уроженца Утрехта. Это доказывает, что Дрохслот не был простым последователем школы Брейгеля. Он адаптировал фламандский стиль к стандартам своего родного города и внес значительные изменения по сравнению с работами фламандских художников, в основном католических.

Это был тактический ход с целью понравиться широкой публике. Таким образом, несмотря на сильную конкуренцию в Утрехте и других частях Северных Нидерландов, Дрохслоту удалось надолго сохранить свой статус востребованного художника.

 

Йост Корнелис Дрохслот был сыном Корнелиса Питерса, уроженца Аудеркерка, и его второй жены Эльтген, дочери Барента Коопа ван Грёнена. В браке, заключенном в январе 1586 года, родились четверо детей; Йост был единственным сыном. Даты рождения всех четверых установить невозможно. Учитывая дату свадьбы его родителей, Йост, безусловно, родился не ранее 1586 года. Он вырос в Утрехте, где его отец занимался плотницким ремеслом. Хотя это была вполне востребованная работа в XVII веке, доход семьи не был очень высоким. Тем не менее, у Корнелиса Дрохслота, должно быть, было достаточно денег, чтобы оплатить обучение сына у художника. Достоверных сведений об образовании Дрохслота не сохранилось. Письменные договоры об ученичестве этого периода крайне редки, как и другие архивные источники, которые могли бы пролить свет на его ученичество. Дрохслот, скорее всего, поступил учеником к мастеру-художнику в раннем подростковом возрасте, между 12 и 14 годами. Художники XVII века начинали своё обучение как «контерфейтёнген» (юноши в классе живописи), а затем переходили в ученичество, продолжавшееся максимум семь лет.

На рубеже веков, когда Дрохслот, вероятно, проходил ученичество,Утрехт был одним из важнейших центров живописи в Северных Нидерландах. Город переживал значительный экономический бум благодаря своему географическому положению с водными путями, ведущими ко всем крупным городам Голландии. Утрехт был политическим, религиозным и административным центром одноимённого региона. В период с 1569 по 1650 год население выросло с чуть менее 20 тысяч до примерно 31 тысячи человек.

Выгодное положение города в начале XVII века также способствовало расцвету живописи. С начала XVII века мы впервые можем говорить о возникновении подлинно утрехтской школы живописи. Абрахам Блумарт (1564–1651), Иоахим Втевал (1566–1638) и Паулюс Морельсе (1571–1638) считаются тремя главными героями. У Блумарта и Морельсе были крупные мастерские, в которых они обучали большое число учеников искусству живописи. Подавляющее большинство самых известных художников Утрехта обучались у одного из этих двух мастеров. Однако, учитывая их совершенно разный стиль, маловероятно, что это относилось и к Дрохслоту. Самый ранний пример его художественной деятельности датируется шестью годами до его регистрации в утрехтской гильдии Святого Луки в 1616 году. Это гравюра на сюжет пирующих в гостинице нищих, представляет собой типичную жанровую сцену. В то время жанровая живопись в Утрехте ещё не была известна, тема гравюры Дрохслота вдохновлена фламандскими образцами и следует традиции Питера Брейгеля Старшего. Фигуры с их коренастыми телами, грубыми носами и большими руками также обнаруживают сходство с крестьянами Брейгеля. Фламандская тема и стиль позволяют предположить, что у Дрохслота был учитель из Южных Нидерландов. По этой же причине предполагается, что он провел некоторое время в Антверпене, хотя более вероятно, что его первый учитель был среди группы фламандских художников, искавших убежища в Северных Нидерландах.

Большинство эмигрантов, перебравшихся на север из Южных Нидерландов, поселились в Амстердаме. Среди бежавших художников было много последователей Питера Брейгеля. Возможно, Дрохслот покинул Утрехт в раннем подростковом возрасте, чтобы жить в Амстердаме или его окрестностях. Его отец был родом из Аудеркерка, современного Аудер-Амстела, что примерно в десяти километрах от Амстердама. Возможно, там были родственники по отцовской линии, у которых юному Дрохслоту разрешили прожить несколько лет. Типичный брейгелевский жанровый стиль, который мы видим в работах Дрохслота, был представлен Северу Давидом Винкбонсом (1576–1619). Винкбонс родился в 1576 году в Мехелене, Фландрия. Три года спустя его семья переехала в Антверпен, где его отец, Филипп Винкбонс (род. в 1601-м), работал художником.

 

Эта работа 1615 года изображает деревенскую сцену с крестьянами, нищими и другими людьми из низших слоёв общества. Действие происходит в сельской местности перед трактиром. Вдали видна церковная башня деревни или небольшого городка. Слева на переднем плане группа бедных крестьян и нищих танцует в хороводе. Остальные постояльцы трактира собрались вокруг стола, где разворачиваются различные небольшие сценки. Женщина расчёсывает волосы сидящего мужчины; за столом мужчина в шляпе, которого сзади обнимает крестьянка; а на переднем плане справа мы видим фигуру, одетую в чёрное, с лютней на коленях. Подобная сцена встречается в творчестве Давида Винкбонса несколько раз. Различные персонажи и мотивы, использованные им, повторяются в картине Дрохслота. Например, музицирующий мужчина, молодая женщина с младенцем на руках присутствуют в обеих работах. В работе Винкбонса мы также видим женщину, пусть и на заднем плане, а не за столом, расчесывающую волосы мужчины. На обеих картинах изображена пара, целующаяся за столом, и собака на переднем плане.

Однако творчество обоих мастеров демонстрирует и заметные различия. Фламандская традиция жанровой живописи как моралистического произведения искусства отчётливо прослеживается в творчестве Винкбонса. Глубокий смысл сцены очевиден из надписи, которую можно прочитать под гравюрой:

Тот, кто некогда принёс церкви позор и честь,
живёт выше своих жертвователей в ленивой роскоши тихо:
Он оскверняет людей щедростью вечером и утром.
И позволяет птичкам заботиться о них беззаботно.

Работа Винкбонса посвящена так называемым «грязным нищим», или нищим, которые днём притворяются бедными, чтобы вечером растратить собранные деньги. Они изображены бедняками, которые всю жизнь просят милостыню и, не работая, живут роскошнее своих благодетелей. Трудолюбие, бережливость и самообладание им не знакомы. То же самое относится и к присутствующим крестьянам, которым следовало бы работать на земле, чтобы заработать на жизнь. Различные мотивы в картинах Винкбонса и Дрохслота отсылают к бедной жизни нищих и крестьян. Например, гостиница также служит борделем. На картине Винкбонса через мансардное окно в правом верхнем углу видна целующаяся пара, а из другого окна вытягивается метла. Жениться через метлу означало жить вместе без брака, что в XVII веке считалось абсолютным грехом.

У Дрохслота влюбленная пара отсутствует, но из окна торчит палка с атрибутами праздной жизни, включая скрипку, разбитую корзину и кувшин. Этим художник подчеркивает, что эта сцена действительно касается праздношатающихся. Хотя картина Дрохслота, как и панель Винкбонса, имеет моралистический уклон, «Деревенская сцена», по-видимому, является прелюдией к его более поздним картинам, в которых он обращается с бедняками более мягко. По сравнению с Винкбонсом, Дрохслот опускает по-настоящему непристойные сцены. Это смягчение едкой сатиры типично для Дрохслота. Вполне возможно, что такой способ изображения низшего класса населения был связан с утрехтским взглядом на бедных и нуждающихся. Под влиянием гуманизма в XVI веке возникло новое видение благотворительности. С тех пор бедность рассматривалась как следствие поведения самих бедных. Поэтому в Голландии, особенно в Утрехте, проводилось различие между «ленивыми» и «истинно» бедными, то есть между теми, кто не хочет работать, и теми, кто не может. К последней группе относились старики, сироты и инвалиды.

Другие живописные работы Дрохслота также обнаруживают сходство с творчеством его фламандского коллеги. Картины Винкбонса демонстрируют ту же палитру, которую Дрохслот использовал для своих картин: много коричневых тонов с некоторыми красными и синими оттенками. Фигуры в их деревенских сценах – это крестьяне, нищие и путники. Они повсюду в сцене: на переднем плане, в дверных проемах домов и далеко вдали, где грунтовая дорога исчезает из виду. Они используют повторяющиеся мотивы для всех этих групп населения. Крестьяне почти всегда заняты. Они ходят, танцуют группами, ухаживают друг за другом, играют на музыкальных инструментах или слушают. Обычно одна или несколько фигур заснули. Сцена, в которой жена фермера будит своего спящего мужа, является повторяющейся темой. Изображены все возрасты. Матери с младенцами в переносках на груди, отцы с малышами на спине, дети, играющие со щенками, и пожилые люди. Нищих узнают по поднятым рукам или мискам. Часто это калеки, которым приходится обходиться палкой. Неоднократно они передвигаются в круглом контейнере, отталкиваясь руками. Поскольку предположение о том, что Дрохслот был учеником Винкбонса, основано исключительно на стилистическом сходстве, а не на архивных источниках, здесь следует проявить осторожность. Работы Винкбонса были особенно известны. Таким образом, Дрохслот, возможно, познакомился с картинами, рисунками и гравюрами фламандского художника иным образом.

Поскольку Дрохслот не был зарегистрирован как самостоятельный мастер до 1616 года, вполне возможно, что он работал помощником художника в течение нескольких лет после окончания обучения. Для ученика художника было обычным делом проводить этот последний период у другого мастера. Поскольку художественные связи с Южными Нидерландами были восстановлены во время Двенадцатилетнего перемирия (1609–1621), возможно, Дрохслот после ученичества в Амстердаме отправился на юг, чтобы служить в мастерской фламандского мастера.

Возможным кандидатом на эту роль является фламандский художник Франс Франкен II (1581–1642), родившийся в Антверпене. Франкен происходил из семьи художников. Его отец, Франс Франкен I (1542–1616), стал известным художником и обучил сына своему ремеслу. В 1605 году Франс Франкен II вступил в гильдию Святого Луки в своем родном Антверпене. С этого момента ему было разрешено брать учеников и помощников. Фигуры крестьян и нищих, описанные выше, также можно увидеть в работах уроженца Антверпена. Работы Дрохслота также демонстрируют сходство в композиции с работами Франкена. В своих картинах Дрохслот сначала изображал слегка облачное голубое небо и пейзаж, состоящий из широкой грунтовой дороги, а иногда и реки, в четкой перспективе. По обе стороны он замыкал композицию деревьями или использовал реквизит, например, сломанную телегу, которая служила репуссуаром (от французского глагола répousser — «отодвигать») — художественный приём, при котором на передний план помещают затемнённые объекты: деревья, люди, кусты, камни и т. д. с целью создания кулисности, благодаря которой взгляд скользит внутрь пространства. Затем он нарисовал небольшие здания по обе стороны дороги, от фермерских домов в стиле Брейгеля до руин, напоминающих крепости, или домов со ступенчатыми фронтонами. Между домами всегда стоит церковь, часто украшенная развевающимся красным флагом. Дрохслот, который, благодаря членству в Реформатской церкви и последующему назначению деканом, был практикующим верующим, стал одним из первых в Северных Нидерландах, кто изобразил это здание почти на всех своих картинах. Южанин Франкен, будучи католиком, отводил церкви видное место во многих своих произведениях.

 

На этой картине изображена притча о великой вечере (Евангелие от Луки, гл. 14), в которой хромые и слепые приглашены на ужин к богатому человеку вместо тех, кто отклонил его приглашение. Притча иллюстрирует заповедь: «Всякий возвышающий себя унижен будет, а унижающий себя возвысится».

 

В 1616 году Дрохслот написал «Притчу о мудрых и неразумных девах». Изображение этой притчи (Евангелие от Матфея 25:1–13) имело давнюю традицию в искусстве Южных Нидерландов, как на сцене, так и в гравюрах и живописи. Иконография в изобразительном искусстве основана на иконографии мистерий. Одной из таких мистерий была «Ludus de decern virginibus», известная по рукописи XIV века. Отдельные элементы этой мистерии впервые появляются в изображении темы мудрых и неразумных дев Питером Брейгелем Старшим, включая ангела, который служит посланником для мудрых дев. Одна из немногих живописных версий XVII века была создана в 1616 году Франсом Франкеном. Более поздние примеры, включая три версии Питера Лисарта (после 1604–1699), по-видимому, основаны на этом прототипе.

Продолжение читайте в одном из следующих номеров

Светлана Бородина