История Королевской мануфактуры делфтского фаянса от основания до наших дней

Самая крупная фабрика фаянса в Делфте De Porceleyne Fles была основана в 1653 году и действует по сей день. В библиотеке Международного института культурного наследия ASG хранится редкая книга об этой фабрике под названием «Royal Delft. A guide to De Porceleyne Fles» Рика Эриксона (Rick Erickson), опубликованная американским издательством Schiffer Publishing Ltd в 2003 году. Книга состоит из двух частей, в первой рассказывается об истории данной мануфактуры, а во второй о разновидности изделий, производимых в De Porceleyne Fles. Обратимся к этому источнику, чтобы глубже погрузиться в феномен делфтского фаянса и единственной сохранившейся делфтской фабрики.

Понятие «делфтский фаянс» стало гораздо более широким, чем просто обозначение предметов из керамики с оловянной глазурью, изготовленных в нидерландском городе Делфт. Его используют, говоря о керамике и изразцах, украшенных ветряными мельницами и другими голландскими мотивами и пейзажами, независимо от места происхождения, техники и качества декора. Наиболее известен делфтский фаянс в голубом цвете, но и украшения в других цветах можно увидеть на посуде с конца XVII века

Автор называет делфтский фаянс «усовершенствованной майоликой», указывая 3 их основных различия. Во-первых, голландские мастера использовали смесь глин, что позволяло создать изделие намного тоньше как фарфор. Во-вторых, лицевая сторона изделия из майолики обычно покрывалась дорогой белой непрозрачной оловянной глазурью, а внутренняя сторона – более дешевой свинцовой глазурью. Делфтские гончары покрывали все поверхности оловянной глазурью и добавляли второй бесцветный слой глянца. А в-третьих, майолику укладывали в печи на маленькие поставки-треноги, которые оставляли следы как сверху, так и с обратной стороны посуды. Делфтские изделия укладывали в печь, опирая на три штифта, воткнутые по бокам керамических трубок, таким образом, следы оставались только на нижней стороне, приближая сходство с фарфором [9].

Делфт был идеальным местом для производства этого нового товара. Здесь была уже опытная рабочая сила, талантливые гончары и художники, а также множество заброшенных пивоварен с печами. Поблизости от Делфта были богатые месторождения глины, а гавань и окрестности соединялись водными путями. Как уже было упомянуто, к концу XVII века промышленность разрослась до 32 гончарных мастерских. Они носили такие названия, как «Греческая», «Павлинья», «Белая звезда», «Фарфоровый коготь», «Фарфоровый флес» и др. Хотя в некоторых названиях встречается слово «фарфоровый», настоящего фарфора они не производили.

В XVII – начале XIX века гильдия Святого Луки в Делфте состояла из художников, гончаров, ткачей гобеленов и печатников. Чтобы обеспечить качество продукции и защитить гончаров и художников, правила гильдии установили, что управлять цехом и продавать керамику мог только тот владелец, кто сдал экзамен на мастера-гончара. Поэтому владельцы, не владеющие этим ремеслом, были вынуждены нанимать гончаров для управления бизнесом. Гильдия также регулировала вопросы найма мастеров, решала споры и разногласия по поводу контрактов и заработной платы.

Изначально делфтская керамика была копией китайских форм и декоров посуды, горшков и ваз. С понижением спроса на китайский фарфор уменьшилась необходимость в его имитации. Фабрики стали использовать декоративные мотивы, в которых больше чувствовалось голландское влияние. Так, стали изображать европейцев, а не жителей Востока, и пейзажи Голландии. В конце XVII века появилась полихромная делфтская посуда, хотя большая ее часть по-прежнему оформлялась в голубых тонах. Также изготовлялись неокрашенные белые и черные изделия.

Иногда фабрики ставили свои марки на посуду, особенно на заказную или более дорогую продукцию. Но чаще всего посуда продавалась без марок, она предназначалась для домашнего пользования. «Домашняя» керамика с повреждениями выбрасывалась и до наших дней сохранилась посуда, которая хоть и могла быть повреждена, но по всей видимости была более высокого качества.

После открытия каолина в Европе в 1710 году была открыта первая европейская фарфоровая фабрика в немецком городе Мейсен. Вскоре в Германии и Франции открылись и другие мануфактуры, составившие серьезную конкуренцию делфтским, так как богатые и искушенные люди обратили внимание на модный фарфор. Некоторые фабрики в Делфте пытались конкурировать, сокращая расходы, переходя на массовое производство и снижая качество своей продукции. Но это только ускорило их упадок. Но были и фабрики, которые приняли вызов конкуренции и, подражая европейскому фарфору, изготовляли, например, красочные супницы, масленки, соусницы, фигурки животных. И всё же к 1860 году в Делфте осталась только одна фабрика – De Porceleyne Fles.

Несмотря на развитие современных технологий каждое изделие из фарфора на фабрике De Porceleyne Fles по-прежнему расписывается вручную в соответствии с многовековой традицией, которая связывает настоящее с очень далекой эпохой [12].

28 марта 1653 года Давид Антонис ван дер Пит (David Anthonisz van der Piet) получил разрешение от властей переоборудовать мельницу в мастерскую для измельчения краски, используемой для окрашивания дельфтского фаянса. Эта мельница располагалась в Ньюве-Лангендайке. В июле этого же года сын Давида Ян Давидс ван дер Пит (Jan Davidsz van der Piet) зарегистрировался как делфтский мастер-гончар. Через 2 месяца отец занял 2000 флоринов для переоборудования своего дома в фабрику делфтского фаянса. Весьма сомнительно, что это начинающее деловое предприятие производило в то время фаянсовую посуду. Ван дер Пит-старший уехал из Делфта в Лейден и позже стал торговцем посуды в Амстердаме. В феврале 1655 года он приступил к юридическим формальностям по продаже своей фабрики. Она была продана за 2000 флоринов Ваутеру ван Энхорну (Wouter van Eenhoorn) и Кирийну Альдерсу ван Кляйнховену (Quirijn Aldersz van Cleijnhoven).

Ван Энхорн и ван Кляйнховен были деловыми партнерами, хотя только ван Кляйнховен был керамистом и его задачей было обучить второго всему, что связано с гончарным искусством. Постепенно их фабрика расширялась. В 1663 году их партнерство завершилось и ван Кляйнховен единолично продолжил заниматься гончарным бизнесом вплоть до своей смерти в 1695 году. После него дело продолжила его вдова, пока не продала его торговцу из Лейдена Йоханнесу Ноттеру (Johannes Knotter) за 6100 флоринов [14].

Ноттер не был гончаром, поэтому, согласно правилам гильдии Святого Луки, он нанял мастеров для управления фабрикой – Йоханнеса Вербурга (Johannes Verburgh) и Дирка Баанса (Dirk Baans). Именно Ноттер был первым, кто рядом со своими инициалами ставил значок в виде маленькой бутылочки, эта марка в последствии стала частью фирменного знака на более чем 300 лет. В 1701 году компания была продана Марселису де Влугту (Marcelis de Vlugt) из Дордрехта за 4800 флоринов.

Де Влугт владел фабрикой до 1750 года. Он также не был керамистом и нанял управляющего. В последствии фабрика перепродавалась еще несколько раз, но наиболее интересен период, когда ею владел Хенрикус Пикардт (Henricus Piccardt) по прозвищу Капитан в связи с его должностью артиллерийского кладовщика до французской оккупации Голландии [16].

Пикардт был зарегистрирован как коммерсант, а в гильдию Святого Луки его приняли в 1805 году. Его можно назвать бизнесменом-новатором, так как он делал все возможное, чтобы его фабрика продолжала работать. Например, он имитировал посуду в стиле Веджвуд, используя неокрашенные заготовки, купленные в Англии, и напечатанные переводные узоры, для этого Пикардт нанял рабочих из Великобритании. В 1834 году компания начало производство фарфоровых энергосберегающих печей на полученные от государства субсидии и авансы. Кроме того, у Пикардта были хорошие отношения с Голландским Коммерческим Обществом (Nederlandse Handel-Maatschappij), предоставляющим важные заказы на поставку изделий в Голландскую Индию. При необходимости Пикардт производил новинки или вносил изменения в уже производимый фарфор, что помогло его фабрике пережить все остальные мастерские в Делфте. Перед смертью он продал ее своей дочери Гертруде Кристине Магдалене Алиде Пикардт (Geertruida Christina Magdalena Alida Piccardt).

Под руководством Гертруды фабрика по-прежнему производила небольшое количество традиционной делфтской посуды: простые сосуды для экспорта в Голландскую Индию и Африку для нужд голландской армии, небольшие партии расходной керамики, такой как баночки для лекарств и мазей, а также немного декоративной керамики. В то время у Пикардтов был главный конкурент – гончар Петрус Регут (Petrus Regout) из Маастрихта, производивший посуду в английском стиле из английских материалов, форм и декора, что сделало его фабрику крупнейшей из промышленных фабрик в Нидерландах. В ответ Гертруда тоже приняла решение о производстве посуды и декоративных изделий с английским орнаментом [19].

В 1860 году фабрика De Porceleyne Fles начала выпускать высококачественный огнеупорный кирпич для облицовки паровых машин и котлов на заводах и водонаносных станциях. Эти кирпичи изготавливались любого размера и формы, а их производство было одобрено Королевским Инженерным Институтом (Koninklijk Instituut van Ingenieurs). В 1861 и 1864 годах завод наградили серебряными медалями. К 1876 году производство кирпича составляло более 2/3 бизнеса фабрики, а его прибыль обеспечила продолжение деятельности.

Голландский инженер-энтузиаст Йост Тоофт (Joost Thooft) приобрел эту фабрику у Гертруды Пикардт в 1876 году. Вот как он писал об этом в письмо своему брату: «Проделав такой долгий путь, сел на поезд, доехал до Делфта, позвонил в дверь мисс П., предъявил свою визитную карточку и спросил не может ли она работать с партнером, преемником. Оправившись от изумления, мисс Пикардт решила рассмотреть это предложение. Последовали переговоры, сначала об аренде, затем о партнерстве и, наконец, о поглощении. В 1876 году я вступил во владение и собираюсь, если возможно, привнести что-то еще и вдохнуть новую жизнь в концерн». Спустя годы о деятельности Тоофта было опубликовано несколько статей, в них указывается, что ему удалось возродить делфтский фаянс, а «его фабрика ответственна за возрождение национальной истории Голландии».

Йост Тоофт окончил Делфтскую политехническую школу, где изучал гражданское строительство, а затем приобрел опыт деловой деятельности, работая во Фрайеноорде, Хенгело, Шикдаме, Амстредаме, Ротердаме, Лидсе, Мюнхене и Франкфурте. Он проявлял большой интерес к искусству и развитию ремесел, особенно керамики. Читал лекции и писал статьи о делфтском фаянсе [22].

По началу Тоофт торговал посудой под маркой «Пиккардт и К°», вероятно, чтобы сохранить и расширить репутацию предшественников. В то время он внес немного изменений в производство. Основным продуктом по-прежнему оставался огнеупорный кирпич, но гончары также экспериментировали с глиной, красками, глазурью и другими техниками, пытаясь создать качественную делфтскую посуду с ручной росписью. Вскоре фабрика отказалась от технологии оловянной глазури в пользу менее дорогостоящей веджвудской технологии, позволяющей получать более долговечные изделия. Используя смесь глин, подвергая изделие однократному обжигу для получения твердого бисквита, украшая изделие, покрывая его глазурью и подвергая повторному обжигу, удалось получить изделие с синим декором, на котором можно рисовать с высокой детализацией и оттенками. К концу 1880-х годов эксперименты гончаров привели к производству керамики неизменно высокого качества.

Помимо преодоления технических трудностей Тоофт сам руководил бизнесом. Изначально финансирование фабрики осуществлялось из личных средств и помощи его шурина. К 1880 году был привлечен дополнительный капитал за счет деловых людей города. Тоофт также участвовал в различных выставках, как в Голландии, так и за рубежом. В то время в штате фабрики значилось 88 сотрудников, из них только трое были художниками. Самым выдающимся из них был Адольфус Корнелис Тулк (Adolphus Cornelis Tulk).

Тулк, с юности обучавшийся расписыванию керамики, был последней живой связью со старой делфтской традицией. Он начал работу на фабрике De Porceleyne Fles в качестве подмастерья у Пикардта в 1814 году. Тулк оказал помощь Тоофту в разработке новой техники подглазурной обработки изделий из делфтского фаянса и научил начинающих художников тому, что он знал о старых техниках и узорах, включая «узор подсолнуха Тулка», который использовался на фарфоровых изделиях в ранние годы его творчества. Можно предположить, что большинство, если не все, изделия, выпущенные в период с 1876 по 1879 год, были разрисованы Тулком, хотя он редко ставил свою подпись. Он вышел на пенсию в 1887 году, проработав на фабрике 73 года.

В 1877 году Йост Тоофт предложил сотрудничество Адольфу Ле Конту (Adolf Le Conte), который в последствии стал художественным руководителем фабрики De Porceleyne Fles. Ле Конт получил образование в Делфте, Германии и Франции. С 1874 по 1894 год он преподавал дизайн в Делфтской политехнической школе, где оказал огромное влияние на следующее поколение голландских мастеров прикладного искусства. Он также преподавал в Королевской академии искусств в Гааге и Академии искусств в Ротердаме, читал лекции и писал статьи. Ле Конт был одаренным художником, дизайнером и преподавателем, его графичные, акварельные и живописные работы были популярны в то время. Он часто выставлялся, тесно общаясь с другими художниками. Он разработал витражи и архитектурные украшения для ряда важных зданий, включая собор Святого Бавона в Харлеме, Новую церковь в Амстердаме и Дворец мира в Гааге [24].

В De Porceleyne Fles Ле Конт отвечал за разработку форм моделей для большей части коллекции фабрики, а также некоторых декоративных элементов. Его значение для De Porceleyne Fles и даже частично для всей голландской керамической промышленности трудно переоценить. Его тесные связи с представителями гаагской школы художников поспособствовали тому, что многие из них внесли свой вклад или разрешили воспроизвести свои картины на фарфоровых изделиях. Ле Конт оставался художественным руководителем до 1915 года.

Следующей важной личностью в истории делфтской фабрики был Леонардус (Леон) Йоханнес Сенф (Leonardus Johannes Senf). Сенф обучился рисованию на ковровой фабрике в Делфте. В 18 лет он устроился на De Porceleyne Fles и здесь его учителем по росписи керамики стал Тулк, параллельно он проходил обучение в делфтской политехнической школе под руководством Ле Конта, а затем в Академии искусств в Гааге. На делфтской фабрике Сенф сначала работал художником-керамистом, выполняя работы по дизайну Ле Конта. Благодаря его таланту его назначили на самые важные и дорогие работы, такие как крупные изразцы, живописные картины и другие заказы. Он также проводи обучение следующего поколения первоклассных художников фабрики. Изделия с его подписью и в наши дни пользуются большим спросом [25].

Сенф является создателем экзотического цветного рисунка с изображением павлина и павы в висячем саду. А также создал стили Lustre и Nieuw Delfts, разрабатывал памятные блюда и дизайн посуды, посвященной датским королевским праздникам. Его сын Пит Сенф (Piet Senf) пошел по стопам отца, став художником и дизайнером и работая на фабрике De Porceleyne Fles.

Абель Лабушер (Abel Labouchere) присоединился к De Porceleyne Fles познакомившись с Тоофтом через Ле Конта. Будучи студентом всё той же Делфтской политехнической школы, на фабрике он начинал подмастерья, а уже в 1884 году он стал партнером Тоофта, вложив в компанию часть своего банковского состояния и деловой опыт своей семьи, в следствии чего она стала называться «Йост Тоофт & Лабушер». После сметри Тоофта в 1890 году Лабушер стал единоличным владельцем. В 1904 году De Porceleyne Fles обрела статус компании с ограниченной ответственностью, Лабушер - крупнейшим акционером, директором и президентом совета директоров. Он также работал в местном правительстве. В 1921 году он ушел с поста директора оставаясь делегированным директором и президентом, и по-прежнему был тесно связан с компанией вплоть до своей смерти в 1940 году.

Что касается условий труда на фабрике De Porceleyne Fles в конце XIX – начале XX веков, то их можно назвать передовыми для того времени, так как это было захватывающим, плодотворным и напряженным местом работы. Практически весь художественный персонал был родом из Делфта, многие из сотрудников поступили на работу, когда им не было еще двенадцати лет. Если Ле Конт или Сенф хорошо о них отзывались, они поступали на постоянную работу с обычной оплатой труда и компания помогала им закончить обучение. У них был восьмичасовой рабочий день и в их обязанности не входила вредная для здоровья работа со свинцом. Такой труд оплачивался сдельно и был добровольным. Рабочее место было комфортным и безопасным, сотрудники могли даже выбрать работу на свежем воздухе в летнее время. Если случались травмы или болезни, то выплачивалась зарплата в трехмесячном размере с последующей уменьшенной выплатой в течении трех месяцев. Поэтому сотрудники были преданы фабрике, так как подобные условия работы могли предоставить не все компании.

Отдельно стоит отметить, что на фабрике была основана художественная школа, где ученики обучались рисунку и живописи, от линий и пластики до обнаженной натуры. Лабушер нанял квалифицированных преподавателей для проведения вечерних занятий, чтобы мальчики получили более широкое образование. Он заботился не только о младших сотрудниках, но и о старших, основав пенсионный фонд из собственных средств. По мнению Н. Вольфа (N.H. Wolf), писавшем статьи о делфтской фабрике, именно такой подход к отношениям между директором, руководителями и персоналом вдохновлял их всех работать с такой страстью и преданностью к делу, что привело фабрику к успеху.

Продолжение читайте в выпуске №2(50) 2025 г.

Алия Хисматуллина