decor
Следите за нашими новостями

«Красивее, чем сама природа»: неаполитанская школа натюрморта в XVII веке

26.02.2021

В Большом собрании изящных искусств ASG хранится работа Джузеппе Рекко – самого талантливого представителя целой династии неаполитанских художников, искусство которых позволило натюрморту стать не просто самостоятельным, но и высокоценимым жанром изобразительного искусства. На протяжении XVII века натюрморт в Неаполе, благодаря в том числе и семье Рекко, ранее других итальянских школ освобождается от консервативных фламандско-маньеристических традиций, обращавших внимание художника исключительно на цветы, и успешно интегрируется с различными формами жанровой живописи.

Неаполитанский натюрморт - одно из прямых свидетельств высокого уровня живописи барокко «самой важной и богатой из всех школ Италии» - был высоко ценим уже в середине XVII века. В искусствоведении сформировалась точка зрения, что в этот период натюрморт повсеместно воспринимался как наименее авторитетный жанр живописи, находящийся на последней ступеньке иерархии как своего рода антипод исторического жанра. Примеры из Неаполя предлагают нам совсем другое понимание, натюрморт к середине XVII века, по крайней мере, здесь, словно бы алхимическим способом превратился из неблагородного металла в золото. Хотя начинал свое развитие неаполитанский натюрморт действительно как жанр, не особенно высоко ценимый. Это характерно для ранних работ Луки Форте (ок. 1615 - ок. 1670), повсеместно признанного отцом неаполитанского натюрморта. Его ранние работы в первой четверти века – примеры становления натюрморта как самостоятельного жанра. Картины Форте, как правило, довольно маленькие - 50 на 75 сантиметров, редко превышающие метр. Это свидетельство того, что натюрморт не имел богатых заказчиков, предпочитавших в данный период исторические полотна, и был одним из самых дешевых жанров.

755031523.jpg
Форте, Лука Натюрморт с виноградом (1630-е). 31х26 см. Музей Гетти


Еще одной основополагающей фигурой в истории раннего неаполитанского натюрморта является современник Луки Форте Джакомо Рекко (1603 - до 1653). Он особенно известен своими композициями из цветов, помещенных в искусно декорированные вазы в стиле Полидоро да Кальдаро (Караваджо) (1499-1543), простого каменщика, начавшего заниматься живописью после знакомства с Рафаэлем и его учениками. Благодаря да Кальдаро и Джованни да Удине в Италии с 1520-х годов начинается обновление основных жанров живописи. В 1630 году в возрасте 27 лет Рекко заключил соглашение с художником Антонио Чимино сроком на полтора года, партнеры намеревались как осуществлять куплю-продажу картин, так и выполнять живописные работы «любого вида... от масла до фрески». Контракт оговаривает годовую арендную плату в 30 дукатов за мастерскую на улице Санто-Спирито и подробно описывает взаимные обязательства партнеров. Чимино единолично предоставил капитал для совместной мастерской: помимо оплаты аренды и материалов, он выделил 50 дукатов на приобретение картин, что было возложено на Рекко. Последний должен был на свой вкус приобрести полотна разных жанров для украшения мастерской, а после окончания договора избавиться от них за любую цену. Один из пунктов контракта делает акцент на картинах с цветами и фруктами, что говорит о том, что Чимино и Рекко надеялись стимулировать спрос на натюрморт и первыми занять рыночную нишу зарождающегося жанра. Купленные натюрморты, без сомнения, висели рядом с выполненными Рекко и демонстрировались потенциальным клиентам мастерской. Рекко и Чимино считали, что их стартовый капитал в 50 или максимум 150 дукатов достаточен для получения необходимого запаса натюрмортов для продажи. Если бы они специализировались на историческом жанре, эта сумма, позволила бы приобрести максимум одну-две картины ведущих мастеров того времени. Работ Джакомо Рекко сохранилось немного, чего нельзя сказать о биографических сведениях о нем. Упомянутое итальянским историком Камилло Тутини (1594–1667) как основоположника жанра в Неаполе, затем его имя встречается в рукописи, составленной между 1670 и 1675 годами с припиской «художник цветов, фруктов, рыбы и многого другого». Поскольку художник почти никогда не подписывал свои работы, они одно время причислялись к наследию мастера фресковой живописи XVI века Джованни да Удины. Только относительно недавно на основе искусствоведческого анализа был реконструирован каталог работ художника, начиная с «Вазы с цветами» в частной коллекции в Париже, на которой читается дата - 1626 год, и пары цветочных ваз в коллекции в Риме, одна из которых подписана «GR» - не вызывающими сомнений инициалами Джакомо Рекко. В последние годы, как еще одно подтверждение путаницы, царящей в сфере атрибуции произведений династии Рекко, на аукционах были выставлены многочисленные работы, более или менее произвольно приписанные Джакомо Рекко, который, таким образом, из художника без картин превратился в плодовитого элитарного мастера. Композиционное строение картин по моде века богато фризами и украшениями, почти или совсем не затронуто результатами экспериментов в сфере преломления света, ставшими после открытия Ньютона очень модными среди живописцев, и в то же время сильно подвержено влиянию аффектации и искусственности фламандского натюрморта. Ваза становится центром композиции работ Рекко и, богато украшенная, занимает в картине такое же место, что и цветы, всегда симметрично расположенные и освещенные неестественным образом, даже если они воспроизведены с ботанической точностью, способной соперничать с рисунками виртуоза Якопо Лигоцци (1547-1627). В описаниях неаполитанских коллекций редко встречаются работы Джакомо Рекко, только выдающийся неаполитанский коллекционер и покровитель искусств нидерландского происхождения Ванденейнден (?-1674) упоминает его натюрморт с обитателями моря. Другие свидетельства включают такие объекты, как птицы и фрукты, рыбы и фигуры, олицетворяющие благочестие, но почти никогда вазу с цветами.

05 - Lopez - Trionfo floreale.JPG
Рекко, Джакомо Цветы в вазе


Славой Рекко обязан своим навыкам флориста высочайшего уровня, достигшего со временем уровня Марио Нуцци, известного как Марио деи Фиори. Однако если известность последнего со временем только увеличивалась, то имя Рекко с трудом всплыло на поверхность после более чем 300 лет забвения.

 02 - Giaceomo Recco - Vaso di fiori.JPG
Рекко, Джакомо Цветы в вазе

 flowers1.jpg
Рекко, Джакомо Цветы в вазе. 62х38 см. Частная коллекция

flowers2.jpg
Рекко, Джакомо Цветы в вазе. 62х38 см. Частная коллекция

Цветочные натюрморты Джакомо Рекко написаны по известной схеме букета в нише. Очевидно, что художник был знаком с фламандскими натюрмортами этого периода, например, с композицией букетов Амброзиуса Босхарта старшего, а кроме того, с натуралистической манерой Караваджо и с его же густой и контрастной светотенью. Внучка Джакомо Елена Рекко (работавшая с конца XVII века до начала следующего) предпочла, вопреки семейным традициям, морскую тематику, где ей удалось добиться более чем заметных результатов. Она в 1695 году уехала в Испанию со своим родителем - Джузеппе Рекко - и работала при дворе, в описи королевской коллекции есть несколько цветочных натюрмортов, судьба которых в настоящее время не известна. Сын Джакомо - Джузеппе Рекко (1634-1695) – наиболее знаменитый представитель семьи, тоже мастер натюрмортной живописи. В его творчестве заметно влияние фламандца Абрахама Брейгеля (1631 – 1697) и итальянца Джузеппе Баттиста Рупполо (1629 – 1693). В середине и второй половине XVII века неаполитанским художникам было сложно соревноваться с фламандскими и голландскими мастерами в передаче фактуры материалов и поверхностей, создании иллюзии тактильных и вкусовых ощущений. Но и они нашли свою нишу в этом популярнейшем жанре, сделав акцент на интересные и нестандартные композиции, выбор предметов, их ракурсов, освещения, реже интерпретации и обобщения. Так и Джузеппе Рекко стал мастером интересных, иногда уникальных натюрмортов, которые не «помещались» в узкие границы жанра как изображения неподвижных предметов. Считается, что первоначальные художественные навыки Джузеппе Рекко получил у отца и неаполитанского художника Паоло Порпора (1617-1673). Документально подтверждено его пребывание в Милане в 1654 году, что дало повод исследователям предположить обучение Джузеппе у ломбардского художника Эваристо Баскениса (1617-1677), известного созданием натюрмортов с музыкальными инструментами.

Recco,_Giuseppe_-_Still-life_with_the_Five_Senses_-_1676.jpg
Рекко, Джузеппе Натюрморт «Пять чувств» (1676)


В искусстве Неаполя важное место занимали картины на темы пяти чувств человека — слуха, зрения, вкуса, обоняния, осязания. Известны картины Хосе де Риберы на эту же тематику. Осязание у Риберы олицетворял слепой скульптор, обоняние — крестьянин с чесноком, слух — весёлая девчонка с тамбурином. Для каждого из чувств была отдельная картина. Джузеппе Рекко решил эту проблему как настоящий последователь лаконизма. На небольшом столе он разложил несколько предметов, которые олицетворяли пять чувств человека: лютня — слух, тетрадь с нотами — зрение, блюдо со сластями — вкус, подзорная труба и очки — ещё одно напоминание о зрении, цветы — обоняние, для олицетворения осязания осталась небольшая шкатулка, сочетающая разнофактурные материалы Однако после своего возвращения в Неаполь, под влиянием Караваджо и его окружения, Джкзеппе Рекко переключился на создание кухонных натюрмортов с рыбой и дичью.

kitchen.jpg
Рекко, Джузеппе Кухонный натюрморт. 182х129 см. Академия изящных искусств,
Вена

stilmelo.jpg
Рекко, Джузеппе Натюрморт. 74х99 см. Частная коллекция

В Большом собрании изящных искусств ASG имеется натюрморт Джузеппе Рекко.

4091_.jpg
Рекко, Джузеппе. Натюрморт с корзиной цветов, птицами и яблоками
XVII в.
Холст, масло. 71х50 см
БСИИ ASG, инв № 04-4091


Он выполнен в характерной для художника манере: четкость композиции придает баланс горизонтальных и вертикальных линий, что считается типично неаполитанским стилем. Присевшая на выпавший из вазы цветочный стебель с двумя бутонами, которым не суждено будет раскрыться, птица свидетельствует о скоротечности всего земного. Примерно с 1670 года композиции Джузеппе Рекко демонстрируют более выраженный декоративный стиль. Ранние неаполитанские натюрморты на всегда были скромными с точки зрения масштабов и цен. Небольшое, но значительное число натюрмортов с крупными фигурами и обилием плодов приписываются Массимо Станционе (1586-1656) и Артемизии Джентилески (1593-1653). Но и у Джузеппе Рекко есть работа, на которой представлены плоды словно бы для лукуллова, если бы тот был вегетарианцем, пиршества: огромное количество яблок, разные сорта винограда, айва, арбузы, инжир, персики, гранаты, грибы и т.д.

stillife-1.jpg
Рекко, Джузеппе Натюрморт. 255х301 см. Музей Каподимонте, Неаполь


На данном этапе довольно редко появляются натюрморты комбинированного типа с человеческими фигурами, которые позже приведут к монументальным полотнам, исполненным Лукой Джордано в сотрудничестве с натюрмортистами 1680-х годов. Здесь мы приводим совместную работу Джордано и Джузеппе Рекко, поразившую современников.

Luca Giordano - Giuseppe Recco - (MeisterDrucke-17091).jpg
Джордано, Лука, Рекко, Джузеппе Богатства моря с Нептуном, тритонами и двумя
нереидами (1683\4).Холст, масло. 234,5 x 296 см Художественная галерея Южной
Австралии, Аделаида


Натюрморта подобного масштаба прежде в Неаполе не видели. Его слава была такова, что его отправили в качестве дипломатического подарка в Мадрид королевскому двору. Он представляет почти энциклопедическую полноту щедрости морской продукции южных территорий Габсбургов: десятки лещей и морского окуня соперничают за внимание зрителя вместе со все больше и больше ценимыми местными деликатесами, начиная от кефали, рыбы-скорпиона и морского угря, не менее четырех лобстеров, пары головастых морских черепах и т.д. Слева - столь же экстравагантный «курган» моллюсков, в том числе десятки устриц, морские ежи, морские гребешки, увенчанные декоративными гирляндами из кораллов. Этот потрясающий улов, изобилие которого превосходит самые смелые фантазии, был специально написан для визуального наслаждения испанского короля. Картина, очевидно, весьма успешно выступала как визитная карточка, рекламирующая не только щедрость Неаполя, но и потрясающий талант художников. Через десять лет после ее написания испанский король послал приглашение Рекко стать придворным художником. Просьба представляет собой признание таланта художника и знаковый момент в международном признании натюрморта как жанра искусства. Таким же образом в Испанию был призван другой неаполитанец - Лука Джордано, всемирно известный художник историко-мифологического жанра, чьи работы на протяжении десятилетий пользовались большим спросом на Аппенинском полуострове и за его пределами. Отъезд Рекко в Мадрид стал залогом успеха его карьеры как первого неаполитанского художника-натюрмортиста. Но в возрасте шестидесяти лет и очевидно, физически слабый, Рекко получил лихорадку по пути в Мадрид и после выхода на берег вскоре умер прямо в порту Аликанте. Еще одно свидетельство первенства неаполитанского натюрморта, добившегося определенной известности у коллекционеров раньше, чем в других областях, - работы здесь стали создаваться в более крупном масштабе. В частности, на создание работ более крупного формата переходит и Лука Форте. Насколько дорогими были эти большие и амбициозные натюрморты? В случае с Лукой Форте сохранилась необычно подробная переписка с сицилийским коллекционером кардиналом Антонио Руффо (1587-1653). Руффо заказывал полотна у многих ведущих художников, в том числе Пьетро да Кортона в Риме, Гверчино в Болонье, Прети на Мальте и Рибера, Станки и Артемизии Джентилески в Неаполе. В сентябре 1649 года он также заказал натюрморт Форте. Ответы Форте на запрос Руффо о стоимости картины демонстрируют его высокое мнение о ценности своей работы. Его первым требованием было, чтобы Руффо прислал ему 50 дукатов в качестве аванса. Эта сумма значима сама по себе, поскольку напрямую указывает на высокую производительность и равняется первоначальному взносу таким мастерам, как Хосе де Рибера (1591-1652), Джованни Станки (1608-1675), другим ведущим неаполитанским художникам. Через две недели после получения аванса Форте отклонил запрос Руффо об окончательной цене, отметив, что готовая работа будет стоить около 200 дукатов. Скудность документальных свидетельств, касающихся Форте, – как и любых неаполитанских натюрмортистов 1630–50-х годов – не позволяет судить, как регулярно Форте или его коллеги могли иметь такие престижные и дорогие заказы. Однако похоже, что Форте по крайней мере привык получать высокие гонорары за свои масштабные специально заказанные картины. 27 марта 1663 года художник Маттиа Прети (1613-1699) написал дону Антонио Руффо, что он видел очень большой натюрморт Форте - около 211 x 290 см, и, очевидно, одну из самых грандиозных работ, когда-либо созданных этим художником. Картина была выставлена на рынке на Мальте. Запрашиваемая цена составляла 400 дукатов (1 дукат равнялся 3,5 граммам золота) - очень большую сумму, стоимость раннего неаполитанского натюрморта в два раза превышала цену, которую за аналогичную работу платили в Риме. Например, в 1650-х годах римскому натюрмортисту Микеланджело Пейсу, более известному как Микеланджело ди Кампидольо (1625-1669), за четыре натюрморта, которые, очевидно, были довольно большими и сложными - одна пальма размером (около 201х134 см) -, заплатили всего 20 скуди. Так же и Марио деи Фиори - безусловно, самому популярному и успешному римскому мастеру натюрморта того времени в 1671 году за четыре небольшие натюрморта кардинал Антонио Барберини заплатил 120 скуди. Чтобы уяснить реальный уровень этих цен, скажем, что кардиналу принадлежали одни из самых престижных и дорогих картин тогда в Риме. Принадлежащая ему картина Джованни Ланфранко «Венера играющая на арфе (Аллегория музыки)», теперь в Национальной галерее старинного искусства Рима, была оценена в 500 скуди, а "Взятие Богоматери на небо" Корреджо еще выше - в 1000 скуди. Тем самым подтверждается мнение о том, что римские натюрморты были «удивительно дешевы» по сравнению с римскими историческими картинами.


(публикуется в сокращении)





Светлана БОРОДИНА

Источники:
Marshall C.R. «More beautiful than Nature
Itself»: the early Commercial and
critical Fortunes of neapolitan
baroque still-life painting //
Open Arts Journal.- 2017-18.-№ 6.- P.129-145.

Поделиться:
Яндекс.Метрика