decor
Следите за нашими новостями

Новости культуры

СМИ о нас

Подписка на новости

Я хочу получать интересные материалы

Потвердите подписку перейдя по ссылке в письме.
Произошла ошибка. Попробуйте еще раз.
Читать онлайн Читать онлайн

Краски Нуриевского фестиваля

27.05.2014

От классицизма до модерна

В эти дни в Казани завершается полюбившийся жителям и гостям города XXVII Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Открылся он с премьеры «Carmina Burana». Также на сцене блистали «Жизель», «Лебединое озеро», «Дон Кихот» и другие постановки. Не обошлось и без сюрпризов.

Открывала фестиваль в этом году постановка «Carmina Burana, или Колесо Фортуны». Балетмейстер-постановщик премьерного спектакля, заслуженный деятель искусств РФ Александр Полубенцев на пресс-конференции, посвященной фестивалю, отметил, что профессионализм постановщика заключается в том, понял ли зритель, какую мысль хотел донести хореограф или нет.

Пресс-конференция

- Я хочу сказать, что первоначально Карл Орф задумывал написать ораторию, а написал кантату. А я сделал ораторию, то есть вернул мистерию к первоначальному замыслу немецкого композитора. Конечно, какие-то части повторяются. И это двухактный спектакль, а не одноактный.

В части «Диктатор», например, есть 11 сентября, когда взрывают небоскреб в Нью - Йорке, есть и Холокост. Основная мысль этой части - диктатор, который приводит к кровавой войне. И не важно, Гитлер это или кто-то другой. Да, в этой части фигурирует Гитлер, но подразумевается, что это диктатор вообще.

В целом можно сказать, что это вселенская мистерия, которая говорит о тех проблемах, которые волнуют не только каждого человека, но и все человечество.

Классика жанра

На сцене Татарского академического театра оперы и балета им. М. Джалиля в постановке «Жизель» выступили прима-балерина Большого театра России, народная артистка РФ Светлана Захарова и премьер Московского музыкального театра им. К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко Сергей Полунин, в «Лебедином озере» — прима-балерина из театра «Ковент Гарден» Роберта Морис и премьер «Майями-балет» Роландо Сарабия. Балет «Дон Кихот» украсила кубинка Адиарис Альмейда и американец Джозеф Гатти. В «Баядерке» сверкали балетные звёзды Мариинки - Оксана Скорик и Кимин Ким. Конечно, как всегда, показали высокое мастерство и казанские танцовщики — Кристина Андреева, Олег Ивенко, Нурлан Канетов, Михаил Тимаев.

- «Жизель» – это спектакль, который сопровождает меня на протяжении всей моей жизни, - рассказывает прима-балерина Большого театра России Светлана Захарова. – Мне было всего семнадцать лет, когда я стала танцевать Жизель. И, конечно, тогда это была совершенно другая Жизель. Она была юная, неопытная. Сегодня же мне интересно «копаться» в этой роли, мне нравится искать какие-то новые краски, чувства. Конечно же, Жизель сегодняшняя и та, юная Жизель, – это разные образы. Я танцевала «Жизель» на всех лучших сценах мира, и мне всегда везло с партнерами – многие из них были старше меня и благодаря этому, я многому у них научилась, например, выражать сложные эмоции. И могу сказать, что все, что я накопила в своей жизни, прочувствовала - это моя Жизель.

Спектакль "Жизель" Спектакль "Жизель"
Фотографии www.business-gazeta.ru
Модернизм на сцене

В Казани, помимо классических балетных постановок, с богатыми стилевыми декорациями и привычной для зрителя хореографией, были представлены и постановки в духе модернизма. Минимализм на сцене, ломаные движения и другие проявления современного искусства оценили не все. Но, тем не менее, и в таком танце есть своя изюминка.

Познакомил зрителей с искусством нового времени Дортмундский балет, показав на сцене Казанского Оперного театра «Сказки Венского леса» хореографа Син Пэн Ванга на музыку И.Штрауса и А.Берга Из названия зрителю может показаться, что на сцене, действительно, будет что-то сказочное - впечатляющие декорации леса, красивые костюмы. Но не тут-то было! Летающие гробы, скелеты, босые танцоры… минимализм во всем… Но именно это - отсутствие роскоши и сказочности на сцене, производит на зрителя глубокое впечатление и заставляет задуматься над вечными вопросами. Например, сразу всплыла в памяти картина XVII века последователя испанского художника Хуана де Вальдес Леаля «В мгновение ока». На картине изображены горы вещей, фолианты. Во время реставрационных работ, проведенных в мастерских Международного института антиквариата ASG, был обнаружен скелет. Главная тема картины – тщетность бытия, ничтожность его перед всевластной смертью. К ее ногам приносится в итоге все: и папская тиара, и короны императоров, королей, и книги ученых, и офорты художников, и шпаги воинов.

В основу балета положена пьеса Эдена фон Хорвата, писателя трагической судьбы, скрывавшегося по всей Европе от фашизма и в тридцать шесть лет нелепо погибшего на парижских Елисейских полях от грозы. В основе его пьесы - старая венская легенда о том, что раз в год мертвые получают второй шанс — они могут вернуться к жизни, чтобы решить свои незаконченные дела. Двухактные балетные «Сказки» рассказывают о простолюдинке Марианне, которая помолвлена с мясником Оскаром, но мечтает о красавце и аферисте Альфреде. Девушке удается обратить на себя его внимание, ради нее он даже оставляет Валерию, на деньги которой живет. Но рождение ребенка разрушает идиллию. Альфред заставляет Марианну отдать сына на попечение и устроиться работать танцовщицей. Она тяжело переживает смерть младенца и охлаждение Альфреда, который возвращается к Валерии. Оскар прощает Марианну, но вдали уже маячит фигура под капюшоном. Однако у каждого венца, согласно поверью, есть еще один шанс.

Сказки венского леса Сказки венского леса
Фотографии www.business-gazeta.ru

На другой день на суд зрителя была представлена программа из трех одноактных постановок, можно даже сказать, зарисовок, под говорящим названием «Триптих», в которую вошли «Фортепианные пьесы» Дугласа Ли, созданные специально для Дортмундского балета в ноябре 2013 года, «Головокружительное упоение точностью» Форсайта, поставленное в 1996 году и «Кактусы» Экмана, премьера 2010 года.

На танцорах «Фортепианных пьес» майки цвета хаки, черное трико на мужчинах и белые пуанты на ногах девушек. Плюс минимум света, ломаные движения, три фортепьяно на сцене – все это позволяет взгляду зрителя сосредоточиться на главном: на сложной хореографии, с помощью которой танцоры демонстрируют фантастические возможности человеческого тела и эстетику современного танца.

Вторая часть триптиха показывает такое упоение точностью, что у жителя России возникают ассоциации с советским прошлым страны. Снова минимализм на сцене, яркие, красные, желтые, как будто приплюснутые пачки балерин, от этого более точные по форме, бордовые наряды танцоров, напоминающие спортивный костюм эпохи СССР. Сразу вспоминаются рисунки и плакаты Владимира Маяковского в «Окнах сатиры РОСТА». Это плакаты, которые создавались в 1919-1921 годах советскими художниками и поэтами, работавшими в системе Российского телеграфного агентства. Это был самобытный вид агитационно-массового искусства, в котором широко использовались традиции лубка и раешника и т.п. Хоть мы и не поэты, но сразу захотелось крикнуть танцорам со второго яруса театра:

Танцор – голову гордо держи,
На сцене театра носок выше тяни.
Твой труд не пропадет даром -
Зрителя ты собьешь талантом удара!

Художник ЛЕБЕДЕВ Художник ЛЕБЕДЕВ
Фотографии www.business-gazeta.ru

Завершился «Триптих» яркими «Кактусами» Экмана. Это было время время contemporary dance. Танцоры в светлых одеждах и в каких-то шапочках на головах были рассажены на специальных платформах. Постукивания по верху платформ с самого начала создало определенный ритм и настрой у зрителей: весело, непринужденно, легко, но, тем не менее – абсурдно, как и вся наша жизнь. Актеры и сами похожи внешне на кактусы, а платформы – это своего рода цветочные горшки. В конце зарисовки на сцене появятся настоящие растения, но зритель уже понимает, что дело не просто в кактусах. Каждый человек – в какой-то степени сам такой кактус, который живет в своем особом замкнутом мире. И, по сути – горшок всего лишь мир человека, за пределы которого ему не выбраться.

Танец на сцене этого спектакля занимает такое же место, как и живая человеческая речь. Диалоги позволяют зрителю лучше понять идейный замысел автора постановки. Где-то она смешная, а где-то – заставляет задуматься над жизнью, не в глобальных масштабах, а в плане каждого отдельно взятого человека.

Можно сказать, что, как и всегда, Нуриевский фестиваль прошел в Казани на высшем художественном уровне. Каждая постановка, как классической хореографии, так и современной, нашла своего зрителя.

Алина ЕРШОВА

Поделиться: