# Именные залы Дворца изящных искусств: Меншикова, Лихачёва, Штиглица и Державина

Издание: [Квартал изящных искусств ASG](https://int-ant.ru/publication-mikn/kvartal-izyashchnyh-iskusstv-asg/)
URL: https://int-ant.ru/publication-mikn/kvartal-izyashchnyh-iskusstv-asg/imennye-zaly-menshikova-lihacheva-shtiglica-derzhavina/
Страницы PDF: стр. 492–545

---

## ЗАЛЪ АЛЕКСАНДРА МЕНШИКОВА

## Меншиковскiй залъ

Одним из красивейших дворцов Санкт-Петербурга по праву является резиденция первого губернатора города и сподвижника Петра I светлейшего князя Александра Даниловича Меншикова. Дворец этот был среди первых каменных зданий города, а его строительство началось в 1710 году под руководством итальянского архитектора Франческо Фонтана (1670 – 1712). В 1711 году Меншиков уже въехал во дворец, хотя строительные работы продолжались до 1713 года зодчим из Гамбурга Иоганном Готфридом Шеделем (1680 – 1752). И сразу же, как только в доме закипела жизнь, он превратился в один из богатейших и роскошнейших особняков Санкт-Петербурга, который на тот момент мог соперничать с императорскими резиденциями. Светлейший князь вместе со своими домочадцами и членами императорской семьи устраивал здесь балы, праздники с фейерверками, ассамблеи и приемы иноземных послов. Однако «золотой век» Меншиковского дворца был недолог. Спустя два года после смерти Петра , утративший высшее покровительство Меншиков, в результате интриг воспитателя Петра II Андрея Остермана и семьи Долгоруких, в 1727 году был отправлен в ссылку в Сибирь, из которой ему не суждено было вернуться.

После конфискации имущества князя в начале 1730-х годов во дворце учредили Шляхетный кадетский корпус, при котором была произведена перепланировка не только фасадов, но и интерьеров. Однако уникальные комнаты с отделкой петровского времени, коим нигде более нет аналогов, сохранились: четыре комнаты, отделанные голландской фаянсовой плиткой, и Ореховая.

После Второй мировой войны в 1950 – 1970-х годах была проведена реставрация Меншиковского дворца, в результате которой его внешнему облику были возвращены черты петровского барокко. В 1981 году здесь была открыта экспозиция Государственного Эрмитажа «Культура России первой трети XVIII века». Культура эта, бытовая и интерьерная, почти полностью формировалась из предметов, созданных по заказам императорского двора за границей. Именно в петровские времена в России возникло художественное коллекционирование, и представители знати, возвращаясь из поездок по Европе, привозили с собой живописные произведения прославленных мастеров, предметы мебели и декоративно-прикладного искусства, а также разнообразные «редкости», до той поры в России не виданные. Иногда покупатели ограничивались заказами, и тогда произведенные для них вещи прибывали к их владельцам спустя определенное время. В среде петровских вельмож наибольшей популярностью пользовалось

Александр Данилович Меншиков (1673 –1729)

Дворец А.Д. Меншикова в Санкт-Петербурге Архитекторы Ф. Фонтана, И. Г. Шедель

Большая палата в Меншиковском дворце

Памятник первому губернатору Санкт-Петербурга А.Д. Меншикову перед дворцом

искусство Италии, Германии и, конечно, Голландии, любовь к которой Александр Меншиков и Петр I сохранили до конца жизни. Несколько в тени в России начала XVIII столетия пребывало французское искусство, хотя сам Меншиков живо интересовался французским королем-солнце Людовиком XIV, этикетом его двора, коллекциями и резиденциями. Меншиковский дворец ярко отражает данную тенденцию, и здесь вещи французского производства довольно малочисленны. При этом практически каждому предмету дворца, будь то меблировка или декоративно-прикладное искусство, можно подобрать аналоги в Большом собрании изящных искусств ASG, с помощью которых не составит труда воссоздать обстановку княжеских покоев времен правления Петра I. Так, уже на первом этаже в Большой палате можно увидеть два больших платяных шкафа с мощными карнизами и богатой растительной резьбой.

Аналогичные им шкафы работы рейнских (Германия) и голландских мастеров конца XVII – начала XVIII веков хранятся в собрании ASG. Их фасады, в одном случае, декорированы тремя каннелированными пилястрами и богатыми растительными композициями, а в другом – фигурой путти, перебросившего через плечи связку плодов. Примечательны высокие шарообразные ножки всех четырех шкафов, которые поднимают их корпусы высоко над полом.

Здесь же над столом с серебряной лоханью для льда подвешена голландская люстра с двумя рядами изогнутых рожков. В Голландии осветительные приборы подобной конструкции изготавливались в дальнейшем на протяжении нескольких столетий, доказательством чему может служить люстра из Большого собрания изящных искусств ASG, произведенная в XIX веке в традициях барочного искусства.

Платяные шкафы в Большой палате Меншиковского дворца

Кроме того, в этом же зале представлены западноевропейские шпалеры XVII столетия, связанные единым сюжетом – историей македонского царя Персея, отличавшегося скупостью, за которую он поплатился военным поражением.

В конце XVII – начале XVIII веков первые шпалеры попадали в Россию из Европы, преимущественно из Франции и Фландрии, тогда как собственно российское производство было налажено при Петре I, а самая первая шпалера, изображающая императора на коне, была создана в 1722 году.

Коллекция шпалер собрания ASG включает 28 единиц. Здесь нет целых серий, однако есть работы, которые некогда входили в самые знаменитые европейские ансамбли, например, «Альтамор перед Готфридом Бульонским». Шпалера изображает сцену из поэмы Торквато Тассо (1544 – 1595) «Осво-

Люстра Голландия, XIX век Золоченая бронза и латунь, литье, чеканка Высота 122 см БСИИ ASG, инв. № 09-4678

божденный Иерусалим» (1575 год). Несколько переработанный картон к ней был исполнен по гравюре Антонио Темпесты (1555 – 1630), иллюстрирующей сюжет сдачи правителя Самарканда Альтамора предводителю первого крестового похода герцогу Нижней Лотарингии, графу Бульонскому Готфриду (1060 – 1100). Шпалера представляет собой зеркальное повторение гравюры Темпесты, исполненной около1597 года. В левой части шпалеры изображен Готфрид Бульонский на коне в парадных доспехах. Лезвие его меча лежит на плече. Стоящий перед ним персонаж у Торквато Тассо назван королем Са-

Шкаф Голландия, XVII век Палисандр, тонированное дерево, резьба 217×209×77 см БСИИ ASG, инв. № 17-4297

Голландская люстра в Большой палате Меншиковского дворца

Шкаф Германия (долина Рейна), XVIII век Дуб, резьба 197,5×157×72 см БСИИ ASG, инв. № 17-3551

Западноевропейские шпалеры XVII века в Большой палате Меншиковского дворца

Шпалера «Полтавская баталия» Выполнена по картону Луи Каравака (?) Мастера: Филипп Бегагль, Иван Кобыляков 1722 год Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

марканда Альтамором. Он держит в поднятых руках меч в ножнах, обращенный рукоятью к Готфриду в знак признания победы над ним. По обе стороны от короля – мальчики пажи, поддерживающие его плащ. За спинами персонажей развевается знамя белого цвета. Фоном служат архитектурные постройки (слева) и густая растительность (справа).

Шпалера обрамлена бордюрами с изображениями гирлянд из цветов и листьев, перевитых лентой. В верхних углах – завитки листьев аканта, венчает которые крин (лилия) – символ королевской мануфактуры Обюссона. В нижних углах – фигуры собак Выйдя из Большой палаты через Большие сени, можно попасть в кордегардию – помещение для почетного караула светлейшего князя. В этом просторном и довольно простом в плане меблировки помещении находится знамя драгунского полка.

О том, как выглядели кордегардии в Европе, можно судить по картине голландской школы XVII века из собрания ASG.

Вокруг горящего костра в центре композиции расположились стражи кордегардии (гауптвахты), а также простые горожане с детьми. Персонажи играют на музыкальных инструментах, пьют пиво из кружек, курят трубки, спят и разговаривают. В правой части к стене приставлены пики и флаг Нидерландов. Разместились стражи кордегардии, судя по всему, в помещении храма со стрельчатыми сводами и колоннами.

Еще одним парадным помещением, располагающимся на втором этаже дворца, является Ореховая. Интерьер этого зала исполнен в теплых золотисто-коричневых тонах. Необычная и редкая отделка стен натуральным дере-

Шпалера Альтамор перед Готфридом Бульонским Франция, Обюссон, конец XVII века Шерсть, шелк; шпалерное ткачество 280×225 см БСИИ ASG, инв. № 05-0776

вом – орехом – выделяет эту комнату среди других дворцовых помещений, дав ей название. Здесь Александр Меншиков проводил много времени: отдыхал, играл в карты и принимал зарубежных дипломатов. Нередко переговоры в Ореховой носили секретный характер. Подчеркивает деловую обстановку этого помещения испанский кабинет конца XVII века, созданный из ореха.

Голландская школа XVII века Стражи кордегардии Голландия, около 1640 года Дерево (дуб), масло. 75×117 см БСИИ ASG, инв. № 04-3863

Ореховый кабинет в Меншиковском дворце

Испанский кабинет конца XVII века в Ореховой Меншиковского дворца

Кабинет Голландия, конец XVII века Черное и красное дерево, черепаха, золоченая бронза, инкрустация, резьба 220×125×46 см БСИИ ASG, инв. № 18-1835

Роскошные кабинеты подобного типа, в которых хранили деньги, документы и разнообразные коллекционные раритеты, с конца XVII века изготавливали не только в Испании, но также во Франции и в Голландии, где был создан аналогичный кабинет из Большого собрания изящных искусств ASG.

Центральная часть этого кабинета имеет дверцу в виде триумфальной арки и двух колонн тосканского ордера с маскаронами по бокам. В нише арки – скульптура Афины со щитом, а по бокам от нее – бронзовые орлы и гротески. В левой и правой частях кабинета располагаются вертикальные ряды ящиков по четыре в каждом. Внутри кабинета также есть выдвижные ящики. Все они украшены черепаховым панцирем. Над карнизом кабинета – балюстрада и рама с разорванным фронтоном. Рама декорирована вазонами и двумя бронзовыми херувимами с акантовым листом над ними. Фасад обрамлен инкрустацией в виде концентрических кругов. На торцах – массивные висячие ручки на маскаронах и инкрустации эбеновым деревом по красному. Пьедестал, на который установлен кабинет, выполнен из эбенового дерева на семи витых ножках с декоративными элементами между ними.

Еще один идентичный кабинет, произведенный в Испании в XVII столетии, установлен и в Предспальне – также парадном помещении Меншиковского дворца, служащем для приемов и переговоров.

Пьедестал этого кабинета выполнен из различных пород дерева – ореха, сосны, дуба, платана и липы, а сам он установлен на шести ножках, аналогичных кабинету из собрания ASG. Они представляют собой бронзовые лапы грифонов со сферами. В Англии ножки подобной конструкции получили название «коготь и шар» (англ. «claw and ball»).

Предспальня в Меншиковском дворце

Испанский кабинет конца XVII века в предспальне Меншиковского дворца

Испанские стулья в предспальне Меншиковского дворца

Набор из шести стульев Испания, стиль XVII века Орех, резьба, точение; кожа, тиснение; латунь 133×56×45 см БСИИ ASG, инв. № 11-2692 (1 – 6)

Для удобства размещения хозяев дома и их гостей в предспальне вокруг стола и вдоль стен стоят испанские кресла и стулья с высокими спинками, обтянутыми тесненой кожей.

Подобные стулья можно видеть и в Токарне дворца, и в покоях жены Александра Меншикова – Дарьи Михайловны. Набор из шести испанских стульев находится и в собрании ASG. Их ножки токарной работы соединены перекладинами с резными раковинами по центру. Сиденья и спинки обтянуты тисненой бычьей кожей, прикрепленной к корпусу латунными гвоздями с крупными шляпками.

В целом ножки токарной работы были чрезвычайно популярны в эпоху Барокко. Они дополнялись такими декоративными элементами, как балюстры, шары, «счетные косточки» и «кубики». Во всем разнообразии вариантов их можно увидеть на предметах мебели для сидения в Спальне Александра Меншикова и в Секретарской, а также на подобранных к ним аналогах из Большого собрания изящных искусств ASG.

Популярность мебели токарной работы доказывает и тот факт, что и во дворце Александра Меншикова существовала Токарня, экспозиция которой отражает

Испанский стул в Покоях Дарьи Михайловны Меншиковой

интерес к технике и механике, характерный для Европы XVII – XVIII веков. Петр I владел токарным искусством и в 1710 году подарил князю изделие собственной работы. Меншиков, разделяя интересы и вкусы царя, тоже увлекался токарным делом, приобретал за границей станки, на которых можно

Кресло в Секретарской Меншиковского дворца

Кресло Франция, фрагменты XVII века Орех, точение, резьба 98×64×49 cм БСИИ ASG, инв. № 11-1534

Набор из трех стульев Франция, XVII век Орех, резьба, точение 107×55×47 см БСИИ ASG, инв. № 11-3582 (1 – 3)

Стул в спальне князя

Стол Франция, основание – XVII век, столешница – XIX век Орех, точение 70×70×70 см БСИИ ASG, инв. № 13-3981

Токарня в Меншиковском дворце

Стол с точеными ножками в Токарне Меншиковского дворца

было изготавливать разнообразные предметы из дерева и кости. В Токарне дворца представлен станок, принадлежащий Петру I, который был создан в Петербурге в 1713 году.

В Токарне же стоит и стол с витыми точеными ножками, соединенными Н-образной перекладиной. Похожий стол находится и в собрании ASG.

Еще более примечательна мебель для сидения с проножкой, получившей во французском языке название «баранья косточка» (фр. «sieges à os de mouton»). Она выполнялась в виде двух соединенных элементов, напоминающих рога быка, и получила широкое распространение в период правления Людовика XIV. В Меншиковском дворце кресло с проножкой в виде «бараньей косточки» располагается в Варварином покое – комнате, замыкающей анфиладу восточной половины

Кресло Франция, XVII век Дерево, резьба 117×64×65 cм БСИИ ASG, инв. № 11-4147

Кресло с проножкой в форме «бараньей косточки» в Варварином покое Меншиковского дворца

Варварин покой в Меншиковском дворце

дворца. Здесь жила сестра жены Меншикова – Варвара Михайловна Арсеньева – умная и образованная женщина, занимавшаяся воспитанием детей князя. После падения своего покровителя она пыталась помочь ему, рассылая письма влиятельным персонам, но в результате сама была отправлена в монастырь.

Здесь же в Варварином покое находится поставец, установленный на крупные ножки-балясины.

Его аналог из собрания ASG, созданный вероятно в Нидерландах, больше вытянут в высоту и сохранил Х-образную перекладину, но оба они примечательны сочетанием в своем устройстве светлых и темных пород древесины: в случае с поставцом из Большого собрания изящных искусств ASG – это дуб и эбеновое дерево.

В Нидерландах же (в Голландии) была создана и мебель, находящаяся в Западной приемной дворца и в спальне Дарьи Меншиковой. Вся она выполнена из ореха и имеет идентичный декор с изображениями цветов и растительного орнамента в технике маркетри из яблони и других пород дерева.

В углу Западной приемной, где стены покрыты китайскими расписными шелковыми обоями первой трети XVIII века, а в шкафу-поставце экспонируются предметы дальневосточного фарфора, можно наблюдать и напольные часы, де-

Стул в Западной приемной Меншиковского дворца

Игральный столик в Западной приемной Меншиковского дворца

Набор из четырех стульев Голландия, XVIII век Каркас – массив ореха, бук, маркетри – шпон липы, береза, резьба 112×55×43 см БСИИ ASG, инв. № 11- 1863 (1 – 4)

Поставец в Варварином покое Меншиковского дворца

Поставец Северная Европа (Нидерланды ?) основные фрагменты XVII век Дуб, эбеновое дерево, резьба 165,5×80×40 см БСИИ ASG, инв. № 17-2724

Игральный столик Голландия, XVIII век Фруктовые породы дерева, маркетри, резьба, золоченая бронза, сукно 75×78×38 см БСИИ ASG, инв. № 13-0950

Конфетный столик в Западной приемной Меншиковского дворца

Столик Голландия, XVIII век Орех, золоченая бронза, маркетри 76×71×49 см БСИИ ASG, инв. № 13-2902

луны, а часовой механизм подписан: «Иеремия Гартли в Норидже» («Jeremiah Hartley à Norwich»).

Еще один уникальный экземпляр часов находится в Спальне Меншикова – это часы «Релижьез», которые по бокам дополнены вазами делфтского фаянса.

В спальне светлейшего князя аналогию с Большим собранием изящных искусств ASG можно провести и в отношении умывального шкафа, выполненного в немецкой Швейцарии в первой половине XVII века из ореха с интарсией из

Витрина Голландия, XVIII век Каркас – массив дуба, шпон – корень ореха, золоченая бронза 254,5×212×49 см БСИИ ASG, инв. № 17-2252

Витрина Голландия, XVIII век Каркас – массив дуба, шпон – дуб, тонированная береза, золоченая бронза, маркетри 186×100×63 см БСИИ ASG, инв. № 17-3570

Витрина в Покоях Дарьи Михайловны Меншиковой

корированные росписями в стиле шинуазри, которые поддерживают общий дух «китайщины», царящий здесь.

Напольные часы аналогичной конструкции и декора из собрания ASG были созданы в Восточной Англии в XVIII веке. Их корпус декорирован росписью черным и золотым лаком с пагодами на фоне пейзажа, птицей фениксом, фигурами людей и цветами. В средней части они имеют круглое застекленное окошко с маятником внутри. Верхняя часть выполнена в виде фронтона с парой колонн, украшенных лиственным орнаментом. Римские цифры нанесены на оловянный циферблат с обозначением часов, дат и фаз

Напольные часы в Западной приемной Меншиковского дворца

Напольные часы Восточная Англия (Норидж), конец XVIII – начало XIX веков Мастер часового механизма: Гартли, Иеремия (Hartley, Jeremiah) Тонированное дерево, черный и золотой лак; олово, медь, чеканка, гравировка; стекло 220×30×50 см БСИИ ASG, инв. № 08-3519

Часы «Релижьез» и две вазы делфтского фаянса в Спальне Меншикова

Часы «Релижьез» и две вазы делфтского фаянса Большого собрания изящных искусств ASG

дерева других пород. Шкаф этот декорирован узорными металлическими накладками и петлями с гравировкой. На нем умывальный прибор: кувшин и блюдо в форме раковины (медь, полихромная роспись по эмали), выполненные в Китае (г. Кантон) по европейским образцам для экспорта в Европу.

Умывальный шкаф из собрания ASG был также создан в Швейцарии в XVII столетии из ореха. Его верхняя и нижняя части выполнены в виде одностворчатых шкафчиков с колоннами по бокам, а в центральной части прикреплены умывальник и чаша из олова.

Но, пожалуй, одним из самых интересных и редких для России предметов меблировки Меншиковского дворца является кабинет «Stipo a Bambocci», созданный на севере Италии в XVI – первой половине XVII веков. Название этого кабинета в переводе с итальянского означает «Кабинет с малышами», а его внешнее устройство имеет тип архитектурного сооружения с антаблементом, фризом и бюстами римских императоров и героев. Фигуры на углах кабинета из Меншиковского дворца изображают персонажей античной мифологии – бога морей Нептуна, Геракла и воинов.

В целом, кабинеты подобной конструкции начали производиться в Генуе после 1560 года вплоть до 1610 года, т.е. история их возникновения и развития занимает всего 50 лет. Многие кабинеты дошли до настоящего времени без откидывающейся фасадной крышки. Их внутреннее пространство богато украшалось с целью маскировки «секретных ящиков» за декоративными элементами, и недаром эти кабинеты называют прообразами современных сейфов. Кариатиды, обрамляющие арки и кажущиеся неотъемлемой частью конструкции,

Умывальный шкаф в Спальне Александра Меншикова

Умывальный шкаф Швейцария, XVII век Орех, олово, лужение, железо, гравировка 228×62,5×42,5 см БСИИ ASG, инв. № 15-3823

на самом деле могут легко выдвигаться, скрывая за собой узкие ящики. Секретные отделения бывают и в задней части кабинета. Несмотря на то, что все дошедшие до нас образцы конструктивно близки друг другу, каждый из них поражает неповторимостью устройства и индивидуальностью декоративного убранства. Так, кабинет «Stipo a Bambocci» из Большого собрания изящных искусств ASG изготовлен из кавказского и грецкого ореха. В верхней части он украшен небольшими фигурками тех самых малышей, а на выступах - сюжетами из «Двенадцати подвигов Геракла». Аналогов данному кабинету в мире не много, подобные экземпляры, помимо Меншиковского дворца, хранятся в Милане в музее Польди Пеццоли, музее Багатти-Вальсекки, а также в Замке Сфорца с декором на сюжет «Изгнание из Рая Адама и Евы».

Примечательно, что в XIX сто-летии появилось много подделок кабинетов подобной конструкции. Мебельщики, к этому времени достигшие необычайного мастерства в искусстве резьбы по дереву, научились изготавливать довольно точные копии, которые подчас было сложно отличить от оригиналов. Однако все они допускали существенную ошибку в выборе материалов для изготовления своих кабинетов, которая сразу выдавала подделку: вместо тонированного кавказского ореха они применяли эбеновое дерево, тем самым увеличивая в разы стоимость кабинетов. Зная этот факт, подделку вычислить довольно легко.

В Секретарской Меншиковского дворца, помимо вышеописанного, находится еще один северо-итальянский кабинет «Stipo a Bambocci» того же времени с несохранившимся основанием. По причине меньшего размера его именуют кабинетцем.

Что касается живописных аналогий между Меншиковским дворцом и Большим собранием изящных искусств ASG, то они не столь многочисленны. В Предспальне дворца над дверью экспонируется картина XVII века со сценой сражения голландского живописца Абрахама ван дер Хуфа (1611 – 1666).

Этот художник оказал значительное влияние на развитие батального жанра в Европе, хотя биографические сведения о нем весьма скудны. Он родился в Харлеме, работал в Делфте и вступил в гильдию Святого Луки в 1651 году. О том, что это был крупный мастер, говорит тот факт, что в работах его современников заметно ощущается влияние творчества Хуфа. Например, после 1645 года в картинах еще одного знаменитого баталиста эпохи Барокко Питера Мейленера (1602 – 1654) присутствуют черты, присущие живописи его младшего современника. Убедиться в этом можно, увидев приписываемые ему произведения из Большого собрания изящных искусств ASG, изображающие в обоих случаях кавалерийские атаки.

Помимо Абрахама ван дер Хуфа художник испытал влияние и Питера Снайерса (1592 – 1667), часто изображая кавалерийские стычки, нападения на военные конвои и путешественников, а также сцены из Нидерландской революции и Тридцатилетней войны. Причем, изображая сражения, Мейленер не стремился к топографической точности или исторической правде, как, например, Снайерс, а трактовал сцены обобщенно.

Работу Абрахама ван дер Хуфа из Меншиковского дворца и картины Мейленера из собрания ASG роднит не только жанровая принадлежность. Близки особенности композиционного построения, где в центре или же на переднем плане мы видим выделенные пары сражающихся

Кабинет «Stipo a Bambocci» в Секретарской Меншиковского дворца

Кабинет «Stipo a Bambocci» Италия (Генуя), XVI – начало XVII веков Тонированный кавказский орех, кап и комельные срезы ореха, золоченая бронза, резьба 89×86,5×43 cм БСИИ ASG, инв. № 18-1203

Кабинетец «Stipo a Bambocci» в Секретарской Меншиковского дворца

Питер Мейленер, приписывается Натиск кавалерии 1640–1650 годы Холст, масло. 88×120 см БСИИ ASG, инв. № 04-0626

Питер Мейленер, приписывается Атака кавалерии 1640–1650 годы Дерево, масло. 23×35,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-3698

Работа Абрахама ван дер Хуфа в предспальне Меншиковского дворца

всадников и многочисленные фигуры воинов вдали и по бокам, колорит картин, интенсивность которого смягчена пороховым дымом, затягивающим поля сражений, а также низкой линией горизонта и акцентом на изображении облачного неба, занимающего почти половину верхней части картин.

Прекрасные образцы западно-европейской живописи XVII века в Меншиковском дворце выставлены в Кабинете с живописью. Среди прочего есть здесь работы представителей семейства Бассано, произведения которых имеются и в Большом собрании изящных искусств ASG.

Одной из самых знаменитых и растиражированных картин представителей этой династии талантливых итальянских художников XVI–XVII веков является «Аллегория Земли». Подобные аллегорические циклы «Четырех стихий» часто встречались в живописи того времени. Аллегория Земли подразумевала изображение фруктов и работающих людей.

О том, насколько «Аллегория Земли» Бассано была популярна в XVII веке и неоднократно повторялась самими членами этой семьи, их учениками и последователями, говорит тот факт, что в собрании ASG хранится работа круга Леандро Бассано (1557 – 1622) на этот сюжет. Данная картина несколько отличается от дворцовой, в частности, в ее верхней части в небе изображена Кибела на колеснице – само воплощение земной стихии.

Итак, параллелей между коллекциями Большого собрания изящных искусств ASG и Меншиковского дворцы довольно много. Более того, в собрании ASG находится большое количество превосходных произведений западно-европейского искусства XVII – XVIII веков, с помощью которых можно создать не только залы, посвященные Петру I и князю Меншикову, но и полноценный музей барочных интерьеров петровской эпохи.

Работа семейства Бассано в Кабинете с живописью Меншиковского дворца

Леандро Бассано, круг Аллегория Земли Италия, около 1610 года Холст, масло. 142,5×231 см БСИИ ASG, инв. № 04-2229

Список литературы: 1. Игнатьева Е. , Мещеряков В., Саверкина И. Эрмитаж. Дворец Меншикова. – СПб.: Альфа-Колор, 2011. – 96 с. 2. Искусство мебели. Книга I. Западная Европа XVI – XVIII вв.: Каталог Большого собрания изящных искусств ASG. В 2-х тт./Междунар. ин-т антиквариата; авторы-сост.: А.В. Булгакова, А.А. Черепанова, М.К. Яо; общ. науч. ред. А.В. Булгакова; вступ. статьи М.К. Яо, Ю.Г. Яманова. – Казань, 2014. – 234 с. 3. Каталог Большого собрания изящных искусств ASG. Том I. Живопись старых мастеров Западной Европы XVI – XVIII вв./Междунар. ин-т антиквариата; сост. М.К. Яо, А.В. Булгакова; ред. М.К. Яо. – Казань, 2013. – Т.1. Живопись. – 232 с.

## ЗАЛЪ АНДРЕЯ ЛИХАЧЁВА

## Залъ Андрея Лихачёва

> «…Связь коллекционера с собираемыми памятниками совершенно специфична. Это любовь, выливающаяся в деятельность – постоянную, не замыкающуюся на себе, а

имеющую огромное общественное значение и вносящую неизмеримый вклад в культуру.

## Деятельность, ориентированную на результат и дающую результат со сложной

структурой, своей психологией, особой системой связей, информационной средой, социологическим статусом, внутриколлекцинерской типологией».

Климанов Л.Г. Николай Петрович Лихачёв – коллекционер «сказочного размаха» // Из коллекций Н.П. Лихачёва. Каталог выставки. – СПб., 1993.

Собрание Андрея Фёдоровича Лихачёва занимает особое место в истории художественной культуры Казани и имеет важное значение для Большого собрания изящных искусств ASG. В знак признания заслуг выдающегося русского коллекционера во Дворце изящных искусств ASG создан зал, посвящённый его имени.

Андрей Фёдорович Лихачёв сыграл большую роль в развитии казанского собирательства и меценатства. Сформированное им художественное собрание со временем стало основой первого публичного художественного музея Казани, а впоследствии – собраний Национального музея Республики Татарстан и Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан.

Традиции благотворительности и меценатства всегда были показателем уровня развития культуры общества. Пожертвование капиталов, библиотек, возведение мечетей и церквей, содержание больниц, детских приютов, бесплатных столовых и учебных заведений составляли важную часть деятельности казанских купеческих и дворянских династий – Азимовых, Апанаевых, Александровых, Крестовниковых, Юсуповых, Боратынских и многих других.

## ИСТОРИЯ РОДА ЛИХАЧЁВЫХ

Ивановичем Лихачёвым в XVIII веке. Это была типичная усадьба того времени. Нижний этаж был устроен под парадные комнаты, второй отведён под повседневное жильё.

В Казанской губернии этот древний дворянский род прославился не столько военной и придворной службой, сколько многолетним служением науке и искусству. Наиболее заметный след в истории края оставили братья Андрей Фёдорович (1832–1890) и Иван Фёдорович (1826–1907). Андрей Фёдорович был археологом, нумизматом, коллекционером, действительным членом Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете, человеком энциклопедических знаний, опередившим своё время. Его интересы охватывали историю, археологию, этнографию, нумизматику, европейское искусство и графику.

Род Лихачёвых ведёт свою историю с конца XV века и документально известен с 1426 года. Этот род дал стране выдающихся государственных деятелей, военачальников и учёных. Корни генеалогического древа Лихачевых находятся в Польше, откуда, по официальной версии, в 1426 году на службу к великому князю Василию Темному выехал Олег Богуславич Лиховец, после крещения получивший имя Алексей Лихач и пожалованный вотчинами. От него потомкам досталось фамильное прозвание Лихачевы.

Село Полянки, где находилась усадьба Лихачёвых, имеет давнюю историю. Оно было основано ещё при царе Борисе Годунове в конце XVI века как острог Тетюшской засеке для укрепления границ земель, присоединённых после завоевания Казанского ханства. До острога на этом месте располагалось селение и небольшая крепость периода Волжской Булгарии и Казанского ханства.

В 1668 году земельные угодья перешли во владения польских шляхтичей, взятых в плен при царе Алексее Михайловиче. Имение в Полянках было приобретено Лигином

Герб Лихачёвых

ку. К тому же выбор был ограничен предложением петербуржского художественного рынка. В результате наряду с произведениями с понятными атрибуциями, Лихачёв покупал различные имитации «под старых мастеров» (около 25% от общего количества), но всё же многое из собранного обладает историко-культурной ценностью.

Говоря об Андрее Лихачёве, невозможно не упомянуть его старшего брата – Ивана Фёдоровича (1826–1907), вице-адмирала, чья биография неотделима от истории музейного дела в Казани. Он также занимался археологией, лингвистикой и коллекционированием древностей, немало способствуя пополнению собраний своего брата. После смерти Андрея Фёдоровича Иван пожертвовал городу 30 тысяч рублей на выкуп коллекции у наследников с целью создания «Лихачёвского музея».

Этот дар послужил основанием для открытия первого публичного собрания предметов искусства в Казани – Казанского городского научно-промышленного музея.

Собирание искусства для Выписка из его духовного завещаЛихачёва было не просто накоплением предметов. В коллекционных интересах Лихачева переплетались две тенденции – усадебная дворянская традиция фотографий и книги из моей библиотеки, касающиеся изящных искусств и их истории, ровно как археологии, как излюбленных занятий покойного, жертвую Казанскому городскому музею имени А.Ф. коллекционирования искусства занимался самообразованием, и «древностей» и интересы наизучал европейские языки, а также арабский и персидский, занимался историей, археологией, нумизматикой и этнографией. Он одним из первых сделал доисторические древности Поволжья объектом научного изучения, став первооткрывателем приказанской культуры и автором очерков о Волжской Булгарии. Его нумизматическая коллекция насчитывала около 25 тысяч единиц, большую часть которых составляли золотоордынские монеты. Не меньшую ценность представляли библиотека, коллекция западноевропейской живописи почти всех ведущих школ XVI – XIX веков и уникальная коллекция графики, которую сам

Родился Андрей Фёдорович в семейном имении Полянки в 1832 году. Получив домашнее образование, он окончил естественное отделение физико-математического факультета Казанского университета (1848-1853). Современники вспоминали его как человека замкнутого и болезненного, окружённого древностями и книгами, но при этом обладавшего тонким художественным вкусом. Этот образ во многом подтверждает и его портрет из собрания ГМИИ РТ.

Данный портрет Андрея Фёдоровича Лихачёва выполнен художником-любителем Александром Ефимовичем Семёновым и считается копией с оригинала Павла Рёмера. Лихачёва и Рёмера связывала многолетняя дружба и переписка, а произведения художника входили в лихачёвское собрание. В портрете показаны сдержанность и светская непринуждённость модели. Дворянское происхождение героя обозначено костюмом и статусными аксессуарами, однако основное внимание художник уделяет лицу. Освещение выделяет тонкие черты, а одухотворённый взгляд подчёркивает интеллектуальные интересы Лихачёва – учёного и коллекционера.

Всю жизнь Андрей Фёдорович

Александр Ефимович Семёнов с оригинала П.А. Рёмера Портрет Андрея Федоровича Лихачева Вторая половина XIX века Холст, масло Государственный музей изобразительных искусств Республики Татарстан

ния гласит: «Остающиеся после меня картины, портрет брата Андрея Фёдоровича, писанный на лаве, вышивки его собственноручной работы, рисунки, альбомы коллекционер ценил настолько высоко, что сравнивал свои работы с эрмитажными. учно-исследовательского плана, связанные с развитием наук – археологии, этнографии. Основой художественного собрания Лихачёва послужило фамильное собрание искусства. Впоследствии он продолжил его формировать. Коллекция была собрана им в короткий срок, не превышающий трех десятилетий. Он покупал то, что нравилось ему самому, часто руководствуясь вкусом учёного-первооткрывателя, а не модой арт-рынка того времени. Собрание формировалось благодаря покупкам у антикваров, поездкам за границу и личным знакомствам с художниками, которым он часто оказывал меценатскую поддержЛихачёва».

Не менее значимой фигурой был их племянник Николай Петрович Лихачёв (1862-1936) - историк и искусствовед, чья уникальная коллекция икон стала основой Отдела древнерусского искусства Русского музея.

Представители рода Лихачёвых из поколения в поколение собирали библиотеки, рукописи и предметы старины в своём родовом имении Полянки под Казанью. Их деятельность была неразрывно душно к ним относящегося, было бы очень тяжело…».

Один из видов коллекции А. Ф. Лихачёва, экспонированной в Казанском городском музее. Фото 1895 года

Сегодня ГМИИ РТ является крупнейшим художественным собранием Казани. В настоящее время в фондах музея насчитывается более 28 тысяч произведений живописи, графики, скульптуры, театрально-декорационного и декоративно-прикладного искусства классических западноевропейских школ XVI – XIX веков, а также древнерусского и русского искусства XVI – XX веков. Важнейшим событием 2025 года для музея стала выставка «Новый взгляд», посвящённая новым атрибуциям знаковых произведений зарубежного искусства из фондов музея. связана с интеллектуальным обществом города. Они поддерживали связи с Казанским университетом, Обществом археологии, истории и этнографии, а также кругом местных литераторов. Наследие Лихачёвых сохранилось благодаря передаче уникальных собраний в государственные музеи – Государственный Эрмитаж, Академию наук и музеи Казани. Сегодня потомки этого рода продолжают вносить вклад в изучение собственной генеалогии и культурно-исторического наследия.

Формирование коллекции Андрея Лихачёва, безусловно, опиралось на его вкус и энциклопедические знания, но свою роль сыграл и Казанский университет. Лихачёв поддерживал тесную связь с учёными, членами Общества археологии, истории и этнографии. Благодаря интеллектуальной среде Поволжья и личным амбициям местной элиты формировались вкусы всего города.

В 1895 году Леон Осипович Сиклер (казанский педагог, художник, коллекционер, библиофил) по просьбе Совета Казанского городского музея составил первый каталог собрания «Краткий указатель картин коллекции А.Ф. Лихачёва», который затем несколько раз переиздавался. В 1920-х годах изучением коллекции занимался исследователь культуры, художник и искусствовед Дульский Пётр Максимилианович (Дульский П. Иностранные живописцы в Казанском музее. - Казань, 1921 – История Казанской галереи и Лихачевской коллекции. Обзор произведений иностранных художников, имеющих художественную ценность). В 1950-х годах – главный хранитель ГМИИ РТ Сания Шакировна Ишмуратова составила каталог выставки западноевропейской живописи 1958 года – Выставка произведений западноевропейского искусства [Текст] : живопись, скульптура, гравюра : каталог/ Гос. музей Татарской АССР ; [сост. С. Ш. Ишмуратова].

Именно это собрание стало основой для последующих институций – Национального музея Республики Татарстан и Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан. Андрей Фёдорович писал: «Я всегда имел в виду устроить музей общеобразовательный по части изящных искусств, но в настоящее время его осуществление было бы преждевременно в силу преобладающего в местном населении полнейшего равнодушия к предметам изящных искусств… да и при том расставаться с предметами, которыми я дорожу как святыней, в пользу общества, более чем равно-

## ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКАЯ ЖИВОПИСЬ А.Ф. ЛИХАЧЁВА

Значительную часть собрания А.Ф. Лихачёва составляла западно-европейская живопись XVI – XIX веков – это около 260 произведений. В нём были представлены итальянская, французская, австрийская и немецкая школы, наиболее полно – фламандская и голландская. Особое место занимал пейзаж, нередко дополненный жанровым стаффажем. Украшением собрания являются полотна Доменико Пулиго, Лукаса Кранаха Старшего, Якопо Бассано, Сальватора Розы, Франса Франкена Младшего, Николя де Ларжильера, Жан-Мар-ка Натье, Давида Винкбонса, а также картины анонимных мастеров круга Каналетто, Джованни Беллини, Аннибале Карраччи и Габриэля Метсю.

Работа итальянского художника эпохи Возрождения, представителя флорентийской школы Доменико Пулиго (1492, Флоренция – 1527, там же) считается жемчужиной коллекции и семейной реликвией дворян Лихачёвых. Для сохранности произведения работа была подвергнута сложной процедуре перевода изображеВопрос о точном численном составе остаётся дискуссионным. Согласно документам, в 1891 году в музей поступило 39 920 предметов, однако часть вещей осталась в семье. Картинная галерея, согласно первому изданию указателя, состояла из 425 произведений:

«Картинная галерея состоит из 425 произведений иностранных и русских мастеров различных школ и эпох». [Краткий указатель Казанского Городского публичного музея имени Андрея Фёдоровича Лихачёва. Издание первое – Казань, 1895]

Пулиго (Доменико ди Бартоломео Убальдини) Мадонна с Младенцем Холст, масло (перенесено с дерева). 72×69 см ГМИИ РТ Ж-501

## ОБЩНОСТЬ КОЛЛЕКЦИИ

Люттихейс Изак, приписывается Мужской портрет (портрет пастора) Голландия, 1650 – 1665 годы Дерево, масло. 68×54 см БСИИ ASG, инв. № 02-1062

ния с деревянной доски на холст. После того, как в 1891 году коллекция А.Ф. Лихачёва была передана в дар городу, вдова собирателя Раиса Ивановна ещё долго не могла расстаться с картиной. И только в 1919 году она принесла «Мадонну с Младенцем» в дар городскому музею.

Помимо живописи, лихачёвское собрание включало множество образцов декоративно-прикладного искусства XVI – XIX веков: европейский фарфор и фаянс, стекло и хрусталь, оружие, бронзу, эмали, мозаики, художественное серебро и драгоценные камни.

«Уже к середине 1780-х годов сформировалась коллекция живописи в том виде, в котором была передана после смерти владельца в музей: «… в настоящее время я обстоятельно занимаюсь составлением каталога моих картин, которых по счету оказывается до 400 номеров, и между ними есть вещи, которые не испортили бы даже эрмитажной коллекции» [Цит. по: Назипова Г.Р., Измайлова С.Ю. Указ. Соч. С.105].

Коллекции живописи Андрея Лихачёва и Большого собрания изящных искусств ASG объединяют произведения многих авторов. В собраниях встречаются оригиналы художников, а также картины их учеников, живописцев из окружения и последователей. Здесь преобладают работы на библейскую и мифологическую тематику, пасторальные сцены и кабинетные натюрморты.

Лихачёвскую коллекцию и Большое собрание изящных искусств ASG, прежде всего, роднят имена голландских и немецких художников: Хендрика ван Балена, Кристиана Вильгельма Эрнста Дитриха, Ангелики Кауфманн, Давида Винкбонса, Изака Люттихейса, Николаса Питерса Берхема, Карела Дюжардена, Яна Вейнантса, Эгберта ван Хемскерка, Мельхиора де Хондекутера, Корнелиса Белта, Якоба Рооса.

Далее укажем общие для собраний имена по блокам, в соответствии с принадлежностью к школе:

Фламандская школа: Александр Адриансен, Йос де Момпер, Лукас ван Уден, Адриан Браувер, Корнелис Гюисманс, Хендрик ван Бален, Луис де Коллери, Ян Баптист Ламбрехтс, Франс Франкен Младший, Адриана ван Сталбемта.

Люттихейс Изак Портрет Корнелиса Граафланда (?) Голландия, 1665 год Дерево, масло. 64 × 50 см ГМИИ РТ, Ж-405

Итальянская школа: Якопо Бассано, Леандро Бассано, Аннибале Карраччи, Сальватор Роза, Джузеппе Ногари, Франческо Дзуккарелли, Джакомо Франческо Чиппер, Франческо Солимена.

Французская школа: Жан Лемер, Николя де Ларжильер, Гюбер Робер, Симон Вуэ.

Лукас ван Уден, Адриан ван Столбемт, приписывается Встреча Элиэзера и Ребекки XVII век 82,5 × 123 см БСИИ ASG, инв. № 03-5156

Лукас ван Уден (?) Пейзаж с мельницей Дерево, масло. 32,5 × 38 см ГМИИ РТ, Ж-185

Жан Лемер Древние развалины Холст, масло. 96 × 129 см ГМИИ РТ, Ж-537

Джузеппе Ногари, круг Портрет философа Италия, XVIII век Холст, масло. 62×47 см БСИИ ASG, инв. № 02-0469

Джузеппе Ногари Портрет художника Холст, масло. 59 × 48 см ГМИИ РТ, Ж-480

Якоб Роос Парные итальянские пейзажи со стадами Первая треть XVIII века Холст, масло. 137×158 см БСИИ ASG, инв. № 06-5564 (1,2)

Жан Лемер, приписывается Городской пейзаж Первая половина XVII века Холст, масло. 89×66 см БСИИ ASG, инв. № 04-2912

## ЗАЛ АНДРЕЯ ЛИХАЧЁВА ВО ДВОРЦЕ ИЗЯЩНЫХ ИСКУССТВ ASG

Сюжет картины «Пир богов» основывается на древнегреческом мифе о свадьбе смертного героя Пелея и морской нимфы Фетиды. Впоследствии они стали родителями Ахиллеса. В основе сюжета «Метамофозы» Овидия (Книга XI), а также «Мифы» Гигина и V-ая ода Пиндара. Композиция построена на противопоставлении двух стихий – земной (правая часть) и водной (левая часть). В правой части композиции под лёгким навесом представлены пирующие боги Олимпа. В центре праздничного стола изображены главные герои – Пелей и Фетида. Справа от них – вестник богов Гермес, легко узнаваем благодаря его крылатой шляпе. По другую сторону восседает дева-воительница Афина, она изображена в доспехах. Спиной к зрителю сидит Диана, через её плечо перекинут колчан со стрелами. Рядом с олимпийцами изображены виночерпии богов – Ганимед (сын троянского царя Троса) и богиня юности Геба, подносящая блюдо с яствами. Левая часть композиции относится к водной стихии. Здесь изображён повелитель морей Посейдон с трезубцем на колеснице, которую несут гиппокампы – мифические морские кони с рыбьими хвостами. Владыку морей сопровождает тритон, трубящий в раковину-рог. Перед столом развёрнут роскошный изобильный натюрморт из драгоценных кувшинов, украшений, морских раковин, устриц, рыб, дичи и плодов.

К началу XVII века складывается стиль Йоса де Момпера (1564 – 1635), признанного мастера горных ландшафтов с библейским или жанровым стаффажем. В собрании А.Ф. Лихачёва находятся работы главы мастерской – «Дорога в лесу» и «Пейзаж (Вид в горах)», а в БСИИ ASG хранится «Горный пейзаж с оленями у водопада» его сына и ученика – Филипса де Момпера Старшего (1598 – 1634). Филипс продолжил семейную традицию, но не достиг такой же известности, как его отец. Он подражал последнему, вписывая в его пейзажи стаффажные фигуры. С 1622 по 1624 годы художник жил в Италии, в Риме. Затем вступил в гильдию Святого Луки Антверпена. В настоящее время работы Филипса де Момпера Старшего нередко путают с произведениями отца.

Одно из главных имён, которое роднит коллекцию Андрея Лихачёва и собрание ASG, – это Хендрик ван Бален (1575 – 1632) – представитель фламандского Барокко, учитель Франса Снейдерса и Антониса ван Дейка. Во Дворце изящных искусств ASG будет экспонироваться картина круга ван Балена «Пир Богов (Бракосочетание Пелея и Фетиды)».

Ван Бален сотрудничал с крупнейшими живописцами своего времени – Йосом де Момпером, Яном Брейгелем и Питером Паулем Рубенсом. Художник специализировался на небольших кабинетных картинах. Его излюбленными темами были мифологические и аллегорические сцены, реже – религиозные сюжеты. Он мастерски изображал обнажённые фигуры в идиллических природных пейзажах. Более тридцати лет мастер руководил большой антверпенской мастерской и воспитал плеяду выдающихся фламандских художников. Хендрик ван Бален сыграл важную роль в обновлении фламандской живописи начала XVII века. Его творчество, сочетавшее мастерство в изображении фигур и пейзажей, оказало значительное влияние на современников и последователей.

Филипс де Момпер Старший Горный пейзаж с оленями у водопада 1613 – 1634 годы Дерево, масло. 63×94 см БСИИ ASG, инв. № 04-3353

Хендрик ван Бален, круг Пир Богов (Бракосочетание Пелея и Фетиды) Фландрия, первая треть XVII век Холст, масло. 65×110 см БСИИ ASG, инв. № 04-2260

Хендрик ван Бален, круг Венера, Церера и Вакх Дерево, масло. 44 × 44 см ГМИИ РТ, Ж-388

Йос де Момпер Горный пейзаж Дерево, масло. 34×70 см ГМИИ РТ, Ж-445

декоративной растительностью и мягкой палитрой. Именно к этому типу относится картина из собрания ASG. Это характерный образец фламандского пейзажа первой трети XVII века. На переднем плане изображена каменистая низина у подножия скал, где протекает река. У воды расположилось небольшое стадо оленей на водопое. В правой части композиции каскад водопада разбивается о камни. Левее река плавно изгибается между выступами и холмами, уводя взгляд зрителя вглубь.

Пейзажная школа Голландии XVII столетия имела своих ярких представителей. Наряду с национальным пейзажем здесь развивалось итальянское направление.

Его ярчайшим представителем был Николас Питерс Берхем (1620 – 1683), создававший пасторальные сцены, залитые мягким золотистым светом, как на работах из Лихачёвского собрания – «Стадо» и «Пастбище у подножия горы». В зале А.Ф. Лихачёва Дворца изящных искусств ASG представлена работа, приписываемая Николасу Питерсу Берхему, – «Пейзаж с крестьянами и пастухами». Данное полотно продолжает генеральную линию творчества мастера. Здесь присутствуют все знаковые для живописца художественные элементы: сияющая в утреннем воздухе равнина и разыгрывающаяся на её фоне пасторальная идиллия: являющееся редуцированным мирно отдыхающие люди и живот- (уменьшенным) вариантом бостонского оригинала, зарегистрировано в базе данных Нидерландского института истории искусств (RKD) в Гааге с возможной атрибуцией Филипсу де Момперу Старшему. Кроме того, картина имеет общие стилистические черты с горными пейзажами круга МомпеТему пасторали, которая, безра из Государственного Эрмитажа. условно, роднит собрание ASG Другую стилистическую группу работ, отнесённых Филипсу, составляют виды речных долин с мирно пасущимися оленями. Эти композиции отличаются от произведений Йоса более пышной

Особый интерес представляет история атрибуции картины из БСИИ ASG. Поскольку Филипс долгое время работал в антверпенской мастерской Йоса де Момпера, многие работы художника приписывались его отцу. Исследования выдающегося немецкого искусствоведа Клауса Эртца, в частности его монография 1986 года, позволили выделить произведения Филипса Старшего и уточнить атрибуцию ряда картин. Он установил корпус произведений, ранее считавшихся работами Йоса, и атрибутировал их Филипсу. Эти картины, получившие название «группа Тревизо», изображают виды Рима и его окрестностей, а также демонстрируют итальянские влияния, связанные с поездкой художника в Италию.

Ранее в хранительской документации картина из БСИИ ASG приписывалась мастерской Йоса де Момпера Старшего. Однако в действительности она имеет несомненное композиционно-типологическое и стилистическое сходство с работой «Лесное ущелье» из Музея изящных искусств в Бостоне (inv. № 59.659). Данный пейзаж принято считать эталонным произведением Филипса де Момпера Старшего (см. Ertz, K. Jose de Momper der Juengere. Die Gemaelde mit kritischem Oeuvrekatalog. Freren, 1986, S.427, Abb.552, Kat. № A99). Полотно,

Николас Питерс Берхем, приписывается Пейзаж с крестьянами и пастухами 1650 – 1683 годы Холст, масло. 74×99 см БСИИ ASG, инв. № 04-2157

Николас Питерс Берхем Стадо Дерево, масло. 32×39 см ГМИИ РТ, Ж-395

ные, крестьянин в широкополой шляпе, парящие в лазурном бескрайнем небе птицы. Источником для таких идиллических сцен служила античная поэзия, в частности «Буколики» («Эклоги») Вергилия, воспевавшие гармонию человека, животных и природы. и Андрея Лихачёва, в коллекции которого есть картины круга Каналетто, продолжает «Идиллический пейзаж с пастухами у реки» мастера из окружения Франческо Дзукарелли (1702 – 1788). Худож-

Николас Питерс Берхем Пастбище у подножия горы Холст, масло. 63×78 см ГМИИ РТ, Ж-557

ник был одним из основателей Королевской академии художеств в Англии. В эволюции стиля Дзукарелли можно выделить следующие этапы: в ранних работах 1730-х годов он испытывал влияние Алессандро Маньяско (1667 – 1749) и традиций венецианских каприччио. Позже он во многом следовал за Марко Риччи (1676 – 1730), но его пейзажи получались более светлыми и идиллическими. В поздний период, под влиянием Каналетто (1697 – 1768), его композиции приобрели масштабность. Экспонируемая во Дворце изящных искусств ASG пасторальная сцена выполнена в традициях венецианской школы и хронологически соотносится с двадцати-летним периодом работы мастера в Венеции (около 1750 года). Картина является классической пасторалью – идеализированный сюжет из жизни пастухов и пастушек, возрождающих мечту об Аркадии и безмятежном единении челове-ка с природой.

«Идиллический пейзаж с пастухами у реки» – одно из последних приобретений собрания ASG 2025 года. В картине выдержано классическое построение пространственных планов. На пригорке под сенью дерева расположились главные герои – юноша, играющий на флейте, и внемлющие ему молодые девушки. На среднем и дальнем планах изображены пасущиеся стада, фигуры селян и архитектурные постройки у водной глади. Время на картине словно застыло. Всё здесь подчинено внутреннему ритму, дышит абсолютным покоем, гармонией и безмятежностью. В работе просматривается строгое разграничение планов: первый написан детально и подробно, а дальний план «тает» в синеватой дымке, служа фоном для сюжета.

Работы Дзукарелли широко представлены в мировых собраниях: в венецианской галерее Академии, в Академии Каррара в Бергамо, в собрании Борромео на

Франческо Дзукарелли, круг Идиллический пейзаж с пастухами у реки Около 1750 года Холст, масло. 66 × 102,5 см БСИИ ASG, инв. № 01-5393

го быта и фигуры животных. Характерными образцами данной манеры в экспозиции Дворца изящных искусств ASG служат парные аллегорические картины из цикла «Времена года» («Осень» и «Зима»), написанные последователем главы династии – Якопо Бассано (1510/1518 – 1592). Его сыновья не просто переняли манеру отца, но и развили её: к примеру, Леандро Бассано создал знаменитую серию «Двенадцать месяцев».

Впервые этот цикл был выполнен главой династии – Якопо Бассано около 1574 года. Серия оказалась настолько популярной у современников, что позднее мастерская написала несколько её версий. Так, например, старший сын мастера – Франческо Бассано Младший (1549 – 1592) продолжал писать четыре сезона с конца 1570-х по 1580-е годы. Экспонируемые во Дворце изящных искусств ASG картины из этой серии являются ярким свидетельством непреходящей популярности этой традиции.

Смелая манера письма Бассано заключалась в том, что он трансформировал традиционные

Изола-Белла, в Виндзорском замке (в том числе картины, созданные в соавторстве с Антонио Визентини). Есть его работы и в России: два пейзажа в Государственном Эрмитаже, а также картина «Праздник Весны» в Областной картинной галерее Твери.

Также в зале А.Ф. Лихачёва представлены три работы последователей знаменитой итальянской династии Бассано. Непосредственно в собрании Лихачёва хранится несколько произведений представителей этого семейства – Якопо и Леандро. Число учеников Бассано было столь велико, что сегодня практически все крупные музейные собрания обладают их произведениями. При этом работы подмастерья и последователей династии ценятся не меньше.

Главной темой в искусстве Бассано было изображение плодородия Террафермы – материковых владений Венецианской республики. Работы мастеров этой школы отличаются сочным колоритом, динамикой композиций и подробно выписанным стаффажем – предметы сельскобиблейские сюжеты в сцены из повседневной жизни. Главными героями его полотен становились крестьяне, а в композиции органично вплетались детали быта, животные и родные художнику пейзажи. В ранних работах мастера заметно влияние маньеризма: удлинённые пропорции фигур и яркий, контрастный колорит. Но к 1540-м годам он выработал собственный стиль, основанный на тщательном наблюдении за природой и людьми. Эти картины наполнены выразительной светотенью, пластикой линий и гармоничными цветовыми сочетаниями.

Якопо Бассано, последователь Осень Италия, XVII век Холст, масло. 98×124 см БСИИ ASG, инв. № 04-2548 (1)

Якопо Бассано, последователь Зима Италия, XVII век Холст, масло. 98×124 см БСИИ ASG, инв. № 04-2548 (2)

Представленная во Дворце изящных искусств ASG работа «Осень» является частью аллегорического цикла, посвященного четырем временам года. Осень олицетворяет время сбора урожая и виноделия. На картине изображены крестьяне, занимающиеся сезонными работами. При всей «приземленности» сюжета, картина обладает теологическим подтекстом. В левом верхнем углу, на вершине холма, изображён коленопреклонённый человек в белоснежном одеянии, принимающий священный предмет из простирающихся с небес дланей. Эта популярная в искусстве чинквеченто сцена воспроизводит библейский сюжет о пророке

Моисее, получившим скрижали Завета на горе Синае. Религиозную символику несёт в себе и сам мотив виноделия, отсылающий к таинству евхаристии и пролитой крови Христовой.

Следующая картина из серии «Времена года» – «Зима». Зима традиционно олицетворяет заготовку дров и согревание у костра. Здесь также присутствует религиозный символизм. Фигура ослика отсылает к священному животному «Входа Господня в Иерусалим». Бытовая сцена под навесом символизирует таинство Рождества Христова в Вифлеемских яслях: молодая мать держит на коленях младенца, а склонившаяся над огнём женщина отождествляется с поклонением волхвов. Наконец, фигура крестьянки, из последних сил несущей на плечах тяжёлую

Семейство Бассано, последователь Христос в доме Марфы и Марии Фландрия, XVII век Дерево, масло. 63×90,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-2569

связку дров, приобретает сакральное значение, становясь аллегорией образа Христа, безропотно идущего с крестом на Голгофу.

Религиозная тема продолжается и в картине «Христос в доме Марфы и Марии» фламандского последователя семейства Бассано. Сестры Марфа и Мария – персонажи Нового Завета, в доме которых останавливался Иисус Христос. Евангелие от Луки повествует: «Женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой; у неё была сестра, именем Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его. Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у неё» [Лк. 10:38 – 42]. Таким образом, практичная Марфа и созерцательная Мария стали символом различных установок в жизни христиан. В картине из собрания ASG евангельская встреча трактуется не столько как сакральное библейское событие, сколько как привычные домашние хлопоты – персонажи разделывают дичь, готовят пищу, накрывают на стол и носят воду. На лицах героев нет удивления, само появление в их доме Сына Божьего органично вплетено в неторопливый, веками заведённый уклад крестьянской жизни.

Примером проявления интереса Лихачёва к жанровой живописи служит произведение Джакомо Франческо Чиппера (1664 – 1736) «Торговка рыбой». Чиппер – знаменитый мастер жанрист немецкого происхождения, живший в Италии. Испытав влияние Караваджо и Микеланджело Черрути (1663 – 1748), он прославился полотнами, запечатлевшими повседневный быт ремесленников и рыбаков.

На картине «В мастерской сапожника» Джакомо Франческо Чиппера из Дворца изящных искусств ASG изображена семейная пара, занятая привычными трудовыми буднями: женщина вяжет, а мужчина в рабочем фартуке сосредоточено чинит обувь. Едва уловимые, добродушные улыбки персонажей служат узнаваемой визитной карточкой и характерным маркером художественных образов Чиппера. Данное полотно является не только ценным свидетельством быта той эпохи, но и примером синтеза художественных традиций живописи караваджистов с картинами фламандца Питера Брейгеля Мужицкого (около 1525 – 1569), известного своей любовь к изображению народной сельской жизни. Этот неожиданный сплав легко вписался в лом-

Джакомо Франческо Чиппер В мастерской сапожника 1696 – 1736 годы Холст, масло. 82×98 см БСИИ ASG, инв. № 04-3808

де Ларжильера (1656 – 1746) «Портрет неизвестного (Автопортрет)». В нём художник демонстрирует свою приверженность фламандской школе. Об этом свидетельствуют теплые тона, широкий густой мазок, динамичные линии. Контрастное противопоставление света и тени напоминает о влиянии караваджизма. Рисунок, выполненный сангиной в руке портретируемого, говорит о том, что перед нами художник. В собрании

Никола де Ларжильер, круг Автопортрет перед мольбертом Около 1730 года Холст, масло. 97×73,5 см БСИИ ASG, инв. № 02-5227

бардское натуралистическое искусство XVII – начала XVIII веков. Академический статус и высокое живописное качество холста подтверждаются его включением в международную базу данных Нидерландского института истории искусств Гааги (RKD).

Общность имён французской школы проследим на примере портной живописи. В Лихачёвском собрании к числу наиболее ранних относится работа Николя ASG также хранится портрет художника, исполненный мастером из его окружения. Он выполнен около 1730 года. Ларжильер изображён перед мольбертом с кистью в руке. Художник облачён в коричневый плащ, из-под которого виден ворот белой сорочки. Внешность Ларжильера не идеализирована, а взгляд, направленный на зрителей, полон доброжелательности.

Ларжильер прославился как мастер парадного и интимного портрета. Обучался в ведущих мастерских Фландрии и Франции, испытал влияние Рубенса и ван Дейка. Несколько раз был в Англии, где познакомился с Питером Лели (1618 – 1680), помогал ему осуществлять работы при дворе Карла II. Мастерство живописца привлекло внимание короля, который хотел оставить его у себя на службе; но из-за политических разногласий Ларжильер вынужден был покинуть страну. С 1682 года работал в Париже, через четыре года стал членом Парижской Академии, позже ее директором.

Блестящее владение цветом, живость мазка привлекали в его студию многих знаменитостей того времени: актрис, общественных деятелей, известных проповедников. Он умел передать не только внешнее сходство, но и характер модели, а также статус и моду эпохи. Его «пастельный колорит» и лёгкие пейзажные фоны предвосхитили эстетику Рококо.

В последние годы жизни Ларжильер писал мужские портреты представителей парижской буржуазии. Картина круга Ларжильера из БСИИ ASG представляет собой репрезентативный образец французского парадного портрета рубежа XVII – XVIII веков. Произведение относится к позднему периоду правления Людовика XIV, переходный момент от «большого стиля» к более мягкой живописной эстетике. Модель – Жан ле Камю – французский юрист. Его

Николя де Ларжильер, круг Портрет Жана ле Камю Франция, около 1700 года Холст, масло, 80×64 см БСИИ ASG, инв. № 02-0828

Никола де Ларжильер Портрет неизвестного (Автопортрет) XVIII век ГМИИ РТ, Ж-288

высокий статус подчеркивается костюмом, относящимся к придворной моде 1700-х годов. Сверху наброшен объёмный плащ-накид-ка насыщенного красного цвета. Художник мастерски передаёт фактуру дорого шёлкового атласа. По нижнему краю накидки заметен золочёный узорчатый кант. Из-под плаща виден белоснежный кружевной галстук-крават. В этот период в моде были галстуки из тонкого венецианского кружева. Чаще всего они завязывались свободной петлёй. На голове юриста – пышный парик-аллонж каштанового оттенка, который являлся обязательным атрибутом светского и официального мужского этикета эпохи Короля-солнце.

Первая половина XVII столетия во французском искусстве – это время перехода от ренессансных традиций к пластической вычурности, пышности и помпезности итальянского Барокко. В живописи царит придворный художник Симон Вуэ (1590 – 1649) с его многосложными композициями, часто навеянными творчеством итальянских и фламандских мастеров. С конца 1620-х годов он носил звание «Первого художника короля». В Большом собрании изящных искусств ASG

Симон Вуэ, круг Дама с веером Франция, первая половина XVII века Холст, масло. 73×58 см БСИИ ASG, инв. № 01-1045

хранится три работы, связанные с именем этого живописца.

«Портрет дамы с веером» круга Вуэ является образцом камерного светского портрета эпохи Людовика XIII. Если в заказных работах художник известен, прежде всего, усложненными композиционными решениями, тенденциозностью трактовок сюжета, морализаторплащ. В правой руке дама держит веер. Положение веера и кисти руки вносит в образ элемент кокетства. Веер в женских портретах эпохи Барокко традиционно выступал символом флирта, тайного языка и принадлежности к высшему свету.

Гюбер Робер, круг Людовик XIV перед колодцем Ментенон Франция, вторая половина XVIII века Холст, масло. 56×105 см БСИИ ASG, инв. № 04-0042

Во Дворце изящных искусств ASG будут экспонироваться два пейзажа, один из которых – «Ра- зорители гнёзд» – приписывается Гюберу Роберу (1733 – 1808), а другой – «Людовик XIV перед колодцем Ментенон» – исполнен художником из его окружения. Последний будет представлен в Лихачёвском зале. В собрании коллекционера находится работа Гюбера Робера на мифологический сюжет – «Пейзаж с Танкредом и Клориндой».

Гюбер Робер – один из известнейших французских пейзажистов эпохи Неоклассицизма. Изображения античных руин, гармонично вписанных в природный ландшафт, принесли ему славу. Он был архитектором королевских садов, оформлял интерьеры резиденций (Фермы Королевы в Версале, дворцы в

Меревиле, Эрменонвиле), а в 1778 году стал хранителем Королевского музея (будущего Лувра). Художник выстраивал композиции по правилам фронтальной перспективы, часто с низким горизонтом, чтобы подчеркнуть монументальность зданий и контраст между грандиозностью архитектуры и небольшими фигурками людей. Картины Гюбера Робера высоко ценили в России, их приобретали для коллекций российские аристократы и сама Екатерина II.

На картине Большого собрания изящных искусств ASG изображён грандиозный акведук Главного королевского канала, чья бесконечная аркада тянется вдоль всей линии горизонта, визуально растворяясь в лёгкой атмосферной дымке. Сюжет отсылает к истории Франции XVII века – эпохе Короля-солнце. Людовик XIV представлен верхом на белом коне в окружении свиты. Фигура короля обращена к главному архитектору акведука Себастьену Ле Претру, маркизу де Вобану (1633 – 1707), который демонстрирует монарху проект постройки. ством и напыщенностью, то в интимных, неофициальных портретах художник выступает как лирик, увлеченно передающий свои впечатления о человеке. Он щедро оформляет эти впечатления такими живописными откровениями, как белая ткань на темном фоне. Её фактура эффектно передается корпусным мазком и «недописанностью» деталей. Характерным приёмом мастера является вписанность портретируемой в овал, что можно увидеть в ряде других портретов Симона Вуэ, в частности в работе его круга «Портрет молодого человека» из коллекции Лихачёва.

Костюм дамы с портрета из собрания ASG решён в свободной, слега театрализованной аллегорической манере, ориентированной на моду первой половины XVII века с элементами стилизации под Ренессанс. Глубокое декольте нижней рубашки скреплено в центре широким, небрежным бантом. Рукава завершаются изящными манжетами и тонким кружевом. Платье со спущенной линией плеч выполнено в сложном охристом оттенке, сверху накинут широкий

Источники: 1. Завещано Казани…: произведения изобразительного искусства из собрания А. Ф. Лихачёва : [каталог выставки] / М-во культуры Республики Татарстан, Гос. музей изобразит. искусств Респ. Татарстан ; авт. ст. и сост.: О. Г. Вербина [и др.] ; ред. О. А. Федосеенко]. — Санкт-Петербург : Славия, 2009. — 279 с. : ил., цв. ил., портр., факс. — ISBN 978-5-9501-0141-0 2. Выставка западноевропейского искусства «Новый взгляд» [Электронный ресурс] // Государственный музей изобразительных искусств Республики Татарстан : [официальный сайт]. — URL: izo-museum.ru.

## АНФИЛАДА БАРОНА ФОН ШТИГЛИЦА

## Анфилада барона фон Штиглица

Члены семьи Штиглиц сыграли важную роль в деловой и культурной жизни России XIХ века. Наиболее известные представители рода – отец и сын – Людвиг и Александр Штиглицы – придворные банкиры и известные меценаты, учредители первых российских железных дорог и первых машинных фабрик. Масштабы их финансовой и промышленной деятельности были отмечены возведением в потомственное баронское достоинство и много-численными правительственными наградами. Благотворительность и меценатство снискали им популярность и уважение не только в среде русской интеллигенции, но и в самых широких кругах.

Барон Александр фон Штиглиц (1814 – 1884) – крупнейший российский финансист, промышленник, управляющий Государственным банком России (1860 – 1866), меценат, благотворитель, собиратель. Он унаследовал огромное состояние и занялся предпринимательской деятельностью. В 1846 году он был избран председателем Биржевого комитета Санкт-Петербурга. Принимал участие во всех крупных операциях российского правительства на внутреннем и внешнем рынках. Постоянно жертвовал десятки тысяч рублей: на российскую армию, учебные заведения, улучшение быта собственных рабочих. Делом его жизни, благодаря которому имя барона Штиглица известно до сих пор, стало Центральное училище технического рисования, основанное на собственные средства в 1876 году.

Александр Людвигович не был обделен наградами и монаршей милостью. Так, в 1862 году он был пожалован в тайные советники, а в 1881 – произведен в действительные тайные советники. За свои заслуги он награжден орденами Святого Владимира III степени, Святого Станислава I степени и Святой Анны I степени, украшенным императорской короной.

В 1876 году «Ради развития художественной стороны отечественной промышленности» Штиглиц передал в Министерство финансов миллион рублей. На эти средства было основано Центральное рисовальное училище, воспитавшее целую плеяду блестящих художников. Сюда были привезены первоклассные образцы произведений прикладного искусства, по которым учились студенты. Автором здания училища стал талантливый зодчий Максимильян Мисмахер (1842 – 1906). Ему было предложено возглавить училище Штиглица. Учебное заведение готовило рисовальщиков, живописцев, скульпторов для художественной промышленности, учителей рисования и черчения для средних общеобразовательных школ.

Александр Людвигович выделил 5 миллионов рублей на приобретение коллекций декоративно-прикладного искусства и создание при училище музея. Его собрание расширялось благодаря покупкам подлинных произведений прикладного искусства у русских и зарубежных антикваров, а также дарам частных лиц. Ювелирные изделия из золота и серебра, предметы из бронзы, фарфора и стекла, коллекции редчайших китайских и японских ваз XIII–XVII веков, образцы итальянской майолики и лиможских эмалей XVI века, прекрасные французские гобелены, фламандские шпалеры и ковры тонкой работы, образцы

Каролюс-Дюран Э. Портрет барона Александра Людвиговича Штиглица, 1876 год Холст, масло. 116 х 87 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

красивейших тканей и предметы мебели разместились в многочисленных залах и галереях музея. По прошествии более чем ста лет можно сказать, что в конце XIX – XX веке это было самое крупное собрание прикладного искусства в России. Никакое отечественное собрание, за исключением, вероятно, царского, не могло конкурировать с музеем училища.

После смерти Александра Людвиговича опека над Центральным училищем технического рисования перешла к его дочери. Её супруг взял дела по опеке в свои руки, и почти сразу же у него возникли разногласия с Мисмахером, который бросил свое любимое детище и уехал за границу.

После большевистского переворота 1917 года Центральное училище технического рисования было закрыто, значительная часть экспонатов музея (около 30 тысяч единиц хранения) перешла в Государственный Эрмитаж, Музей антропологии и этнографии (Кунсткамеру) и другие музеи страны. Так, около 2 тысяч экспонатов было передано Новгородскому музею, который во время Второй мировой войны был разграблен.

Сменив после 1917 года несколько названий, училище получило имя Ленинградского высшего художественно-промышленного училища имени В.И. Мухиной. В 1990-е вуз был переименован в Санкт-Петербургскую государственную художественно-промышленную академию, и, наконец, в 2006 году ему было присвоено имя основателя – Александра Людвиговича Штиглица.

Музей А.Л. Штиглица (Музей прикладного искусства СПбГХПА) – одна из богатейших коллекций декоративно-прикладного искусства в России. В нём насчитывается, по разным оценкам, около 30 – 35 тысяч экспонатов. Большая часть собрания находится в запасниках и экспонируется на временных выставках. Экспозиция включает порядка 2 – 3 тысяч предметов – мебель (несколько сотен), фарфор и керамика.

Основу собрания Штиглица составляет западноевропейская мебель эпохи Ренессанса и Барокко. В галереях музея представлены резные ренессансные ореховые стулья «скабелло» XVI века, немецкие и фламандские шкафы (данцигские и гамбургские) XVII столетия, а также парные испанские стулья с обивкой из тисненой кожи. Наиболее полно в музее демонстрируется мебель эпохи историзма (вторая половина XIX века), когда мастера вдохновлялись стилями прошлых веков, а также реплики выдающихся образцов мебели, изготовленные выпускниками академии. Отдельную группу составляют предметы мебели в редких стилях и сложных техниках: изделия из ценных экзотических пород дерева, украшенные сложной инкрустацией слоновой костью, маркетри, натуральным камнем и черепаховым панцирем.

Касса-панка XIX век (период Историзма) Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Пара стульев-скабелло Италия, XVI век Орех, резьба 106×32×39 см БСИИ ASG, инв. № 11-3566 (1,2)

Стул «скабелло» Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

В здании музея 32 исторических зала. Однако в рамках экскурсионных маршрутов для посетителей открыты 14 залов и галерей. В основу систематизации музея были заложены ранее не использовавшиеся в России принципы: прежде они собирались «по художникам», Месмахер же закладывал основы научного собирательства и систематизации декоративно-прикладного искусства с демонстрацией истории «без имён». Из-за специфики музея (учебное пособие по стилям для художников) мебель здесь является не просто экспонатом в витрине, а формирует пространство залов.

Касса-панка Франция, XIX век (период Историзма) Массив ореха, резьба 134×131×51 см БСИИ ASG, инв. № 11-2868

Фрагмент путеводителя по Санкт-Петербургу 1903 года [2]

Экспозиция организовывалась не только на основе стилистических признаков и исторической последовательности, но и с ориентацией на технические особенности изготовления мебели. Она давала полную картину развития мебельных форм в зависимости от их конструктивных приемов и характера художественной обработки, связанной с техникой и материалом, начиная со Средне-вековья и кончая XIX веком. Были выявлены три основные производственные системы: 1) ящичная вязка (в основе доска), 2) рамочная вязка (в основе брусок), 3) фанеро-переклеечная система (маскировка остова различными материалами) и дальнейшее развитие отсюда всех характерных форм, в зависимости от бытовых условий и художественных требований каждой эпохи.

Особой изысканностью отделки и редкими образцами мебели выделяются Залы Франции и Италии. Основу их экспозиции составляют предметы, идентичные мебели Большого собрания изящных искусств ASG. На сегодняшний день они насчитывают более 2500 единиц хранения западноевропейской мебели XV – начала XX веков всех художественных стилей Европы. Это резная мебель из массива периода Генриха IV, сложные по декору образцы в технике Буль, корпусная мебель с наборами маркетри и шпонировками французских краснодеревщиков XVIII века, расцвеченная деревянной мозаикой голландская мебель, «пылающее» муаровыми рисунками красное дерево периода Ампир и реплики этих уникальных предметов XIX столетия.

Поставец Франция, XIX век, стиль Генриха II (старинные элементы) Дуб, резьба 178×135×54 см БСИИ ASG, инв. № 17-4414

Поставец Франция, фрагменты – XVII век (?) каркас – XIX век Массив ореха, резьба 155×116×52 см БСИИ ASG, инв. № 17-3464

Галерея музея А.Л. Штиглица с резными поставцами

Комод-медалье Мастерская А.Ш. Буля Франция, около 1723 года Дуб, черное дерево, бук, золочёная бронза, черепаха, медь, мрамор; инкрустация 81×141×72 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Фасадная доска сундука Франция, XVI век Массив ореха, резьба 111×184×6,5 см БСИИ ASG, инв. № 20-1199

зиция с изображением Венеры на качелях и амуров в рельефной золочёной бронзовой рамке. Выступы в верхней части украшены накладными кариатидами. Центральная композиция, а также орнаменты на боковых створках представляют собой более ранние панно начала XVIII века.

В Венецианском зале Музея А.Л. Штиглица располагался комод Шарля Крессана (1685 – 1768), копия цилиндрического бюро в стиле Рококо работы Жана-Франсуа Эбена (1721 – 1763) и Жана-Анри Ризенера (1734 – 1806), кресло работы Жоржа (1739 – 1814) и Анри Жакоба (1753 – 1824), секретер Ризенера и резной сундук XVI века с гербом Медичи.

Низкий шкаф Франция, основные фрагменты XVIII век Чёрное дерево, золочёная латунь, бронза, белый мрамор с прожилками и пятнами серого цвета (Сarrare blanc veiné) 107×92×43,5 см БСИИ ASG, инв. № 19-2069

В зале Генриха II исторически экспонировались предметы мебели эпохи французского Возрождения – резные шкафы и дрессуары. Кроме того здесь находились деревянные элементы и панели, гармонирующие с общим убранством зала во французском стиле.

В зале Людовика XIV была представлена работа (комод-медалье) знаменитого мастера Андре Шарля Буля (1642 – 1732), а также редкий черепаховый столик в технике «пике». Буль был приобретён в 1889 году в Лондоне у антиквара Уолтхеймера, а после 1924 года поступил в Эрмитаж.

В сложнейших техниках «буль» и «пике» работали наиболее искусные и опытные мастера. В технике «пике» декорирован голландский кабинет XVII века, находящийся в зале Петра I Дворца изящных искусств ASG. Техника «буль» представляет собой украшение фасадов предметов мебели инкрустацией из латуни, золоченой бронзы, пластин из панциря черепахи, рога, слоновой кости и т.д. Она широко использовалась в XVII – XVIII веке.

В Большом собрании изящных искусств ASG в технике «буль» в благородном сочетании чёрного дерева и золочёной латуни с изображениями растительного, арабескового и антропоморфного орнамента выполнен низкий шкаф периода французского Регентства. В его центральной части компо-

Сундук-кассоне Италия, начало XVII века Массив ореха, кованое железо, резьба 56×170×53 см БСИИ ASG, инв. № 20-0884

Резной сундук-кассоне Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Основу коллекций мебели Большого собрания изящных искусств ASG составляет французская мебель XVIII столетия. На сегодняшний день в собрании находится более 90 предметов с клеймами парижских краснодеревщиков. Среди громких имён выделим Криэра Матье (1689 – 1776), сотрудничавшего с Эбеном, Жака Дюбуа (1694 – 1763), Этьена Авриля (1748 – 1796), работавшего по заказам французской королевы Марии-Антуанетты, придворного мебельщика Людовика XVI Жана-Батиста Булара (около 1725 – 1789), Луи Делануа (1731 – 1792) – автора мебели для Версаля, Жана-Батиста Клода Сене (1724 – 1790), чьи неклейменые изделия иногда приписываются Жоржу Жакобу и т.д.

В период правления Людовика XVI профессия краснодеревщиков пользовалась большим успехом и уважением, как никогда прежде. Мебельщики, получавшие заказы от Марии-Антуанетты и её окружения, иностранных дворов, военной аристократии, богатых горожан, процветали в финансовом отношении. Вторая половина XVIII века – это время, когда приток немецких мастеров в Париж значительно увеличился. В мебельном искусстве царили Жан-Анри Ризенер, его приемник Гийом Бенеман или Беннеманн (1750 – после 1811), Жозеф Штокель (1743 – 1802) и Давид Рентген (1743 – 1807). У последнего были заказы от русской императрицы Екатерины II и магазин в Санкт-Петербурге.

В Большом собрании изящных искусств ASG есть несколько предметов, созданных во Франции мастерами немецкого происхождения. Это книжный шкаф Жана Хольтхаузена – столяра-краснодеревщика второй половины XVIII века немецкого происхождения. Он получил звание мастера в 1764 году. В начале правления Людови-ка XVI работал на улице Траверсье. В основном он использовал древесину тёмных тонов: палисандр, фиалковое дерево и амарант. Украшал мебель наборами маркетри в виде кубов и ваз с цветами, иногда имитировал лаки Дальнего Востока.

Немец Жан Попсель изготовил шкаф в стиле Транзисьон с цветочным набором маркетри. Он получил звание мастера 5 июля 1755 года. Во время правления Людови-ка XV мебельщик работал на улице Траверсье, а затем, до революции – на Сен-Николя. Специализировался на изготовлении комодов и угловой мебели, декорированной маркетри с цветами и трельяжными сетками. Шпонировал мебель красным и сатиновым деревом.

Несколько предметов мебели, попавших из коллекции Штиглица в Эрмитаж, близки образцам из собрания ASG. После 1924 года из музея Штиглица в Государственный Эрмитаж поступил французский

Комод Авриль, Этьен Франция, 1760 – 1770-е годы Лимонное дерево, маркетри, тонирование, золочёная бронза, красный мрамор с пятнами розового цвета (Rouge du Maine) 95×128×64 см БСИИ ASG, инв. № 12-1854

Низкий шкаф Попсель, Жан Франция, 1760 – 1770-е годы Палисандр, розовое и окрашенное дерево, дерево фруктовых пород, маркетри, золочёная бронза, красный мрамор с прожилками и пятнами серого и белого цветов (Griotte rouge de belgique) 132×105×47 см БСИИ ASG, инв. № 17-0896

Секретер Вови, Жан-Альдебер Франция, 1770 – 1780-е годы Набор различных пород дерева, маркетри, золочёная бронза, тёмно-серый мрамор с прожилками и пятнами светлосерого цвета (SainteAnne des Pyrenees) 142,5×39× 93,5 см БСИИ ASG, инв. № 16-0840

Книжный шкаф Хольтхаузен, Жан Франция, 1760-е годы Каркас – массив дуба, шпон – палисандр, маркетри, бронза, стекло 193×102×45 см БСИИ ASG, инв. № 17-2466

шкаф второй половины XVI века. До 1896 года он находился в коллекции государственного деятеля и мецената, зятя барона Штиглица – Александра Половцова. Он приобрёл его во Франции на аукционе для пополнения экспозиции музея ЦУТР. Во Франции же на аукционе «Svv Lasseron et Associés» весной 2013 года был куплен идентичный парижский шкаф XVI столетия из собрания ASG.

Шкафы имеют одинаковое устройство. Они состоят из двух объёмов с несколько меньшей верхней частью. Оба богато украшены резьбой, исполненной под влиянием орнаментальных гравюр Жака Андруэ Дюсерсо (1510 – 1585). Резные женские фигуры, декорирующие дверцы, отличаются мягкими и вытянутыми формами. Они близки традициям школы Фонтенбло, а именно скульптурам Жана Гужона (около 1510 – 1567). В медальонах эрмитажного шкафа изображены четыре стихии со своими атрибутами – Огонь, Вода, Земля и Воздух. Дверцы шкафа из собрания ASG декорированы рельефными аллегорическими изображениями четырёх времён года: вверху – Весна и Лето, внизу – Осень и Зима. Фасад украшен растительным гротескным орнаментом, а также фигурами атлантов по бокам в верхней части. Атланты эти словно поддерживают небольшие прямоугольные вставки из мрамора сине-зелёного цвета, олицетворяющие небосвод. В центре разорванного фронтона – мужская фигура с зажжённым факелом в руках. Фриз шкафа обрамлен стилизованными листьями аканта. В нижней части – два выдвижных ящика, фланкированных маскаронами.

В 1909 году Половцев приобрёл для музея бургундский шкаф того же времени. Его форма и декор значительно отличаются от парижских. В сравнении со сто-личными они более массивны и даже тяжеловесны. Резьба заметно выразительнее и объёмнее.

Двухъярусный шкаф Франция, Париж, вторая половина XVI века Орех, резьба 228×110×51 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Двухъярусный шкаф Франция, Париж, XVI век Дуб, орех, липа, фруктовые породы деревьев, резьба; мрамор 235×111×51,5 см БСИИ ASG, инв. № 17-3618

Двухъярусный шкаф Франция, Бургундия, вторая половина XVI века Орех, резьба 215×165×75 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Двухъярусный шкаф Франция, Бургундия, XVI век Орех, резьба 177,5×146×62 см БСИИ ASG, инв. № 17-1632

Общий композиционный строй резного декора здесь также соответствовал гравюрам Дюсерсо. Однако тут в большей степени ощущается влияние произведений орнаменталиста из Дюжона Гюго Самбина (около 1520 – 1601).

При создании предметов мебельщики часто вдохновлялись его гравюрами из сборника «Oeuvre de la diversite des terms...» 1571 года. Личинки шкафа из собрания Эрмитажа прикрывают маскароны с раскрытыми ртами. Они исполнены по гравюре Самбина «Termes de Diane et de Venus» 1554 года.

В Большом собрании изящных искусств ASG также есть бургундский шкаф XVI столетия, декоративное убранство которого выполнено под воздействием произведений Самбина. В его верхней части – резной карниз, состоящий из крупных деталей с волютами. Створки украшены обнажёнными женскими фигурами в нишах. Под ними – головки херувимов. Композиции имеют широкие орнаментальные обрамления. На торцах боковин и между створками – объёмные изображения трёх полуобнажённых прикрывающихся человеческих фигур. Центральный персонаж скрестил руки на груди. Данная постановка рук скопирована с фигуры атланта из книги «Oeuvre de la diversite des terms...», в которой воспроизводятся различные архитектурные элементы, разработанные Самбином. В данном случае эта фигура выступает в роли колонны, поддерживающей фриз портика.

В 1886 году в собрании Л. Рикарда-Абенхеймера во Франкфурте-на-Майне для музея Штиглица был куплен кабинет на подстолье, изготовленный в южной Германии в конце XVI – первом десятилетии XVII века. Фасад его украшен интарсией с изображением уходящего вдаль портала. Кабинет на подстолье с перспективными изображениями есть и в Большом собрании изящных искусств ASG. Он, вероятно, был изготовлен в Англии в XVIII веке. Верхняя часть с двумя дверцами декорирована архитектурными порталами в виде колоннады и пола с шахматным узором. В центре – ниша с зеркалом в обрамлении двенадцати ящиков. Над зеркалом – Мальтийский крест. По карнизу, вокруг ящиков и по бокам – маркетри в виде чередующихся вставок из кости и эбенового дерева. Внутри – одиннадцать ящиков, по бокам от которых зеркала. Здесь же живописная композиция, изображающая Диану-охотницу.

В Государственном Эрмитаже есть несколько предметов мебели, которые до того, как попасть в собрание барона Штиглица, находились в коллекциях знаменитых меценатов. К таким относится кресло-бержер, ранее хранившееся в собрании князей Горчаковых в Санкт-Петербурге. Кресло это было изготовлено в Париже в мастерской Никола Эрто (1720 – 1771). Краснодеревщик занимался изготовлением мебели для высокопоставленной знати. В основном Эрто работал в стиле Рококо. Гораздо менее известны его изделия периода Транзисьон, как например эрмитажное кресло. Оно имеет изогнутые ножки кабриоль, типичные для 1750 – 1760-х годов, и резьбу в виде корзины с цветами, популярную в 1760 – 1770 годы.

В собрании ASG также есть кресло-бержер в стиле Транзисьон. Здесь черты переходного стиля от Рококо к Неоклассицизму выразились иначе: веретенообразные ножки с каннелюрами изготовлены уже в традициях Людовика XVI, тогда как резьба по центру свода спинки в виде двух цветов ещё исполнена в рокайльной стилистике.

Кресло-бержер Эрто, Никола Франция, 1760 – 1770 годы Дуб; резьба, золочение, обивка розовым щёлком 108×72×66 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Кресло-бержер Франция, 1760-е годы Дерево, резьба, точение 100×55×66 см БСИИ ASG, инв. № 11-3814

Кабинет на подстолье Южная Германия, конец XVI – первое десятилетие XVII века Сосна, ясень, различные породы дерева; интарсия 154×129×56 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Кабинет на подстолье Англия (?), XVIII век Орех, эбеновое и окрашенное дерево, маркетри, кость, золочёная бронза, масляная живопись, зеркало 161×114×42 см БСИИ ASG, инв. № 18-2256

В 1904 году у антиквара Ремийона в Париже для музея Штиглица был куплен секретер начала XIX века, шпонированный палисандром. В период Ампира французские секретеры отличались простотой и чёткостью конструкции. Декор из золочёной бронзы был строг и минималистичен. Красота изделия подчёркивалась фанеровкой красного дерева с причудливыми «пламенными» узорами. Такие секретеры изготавливали Франсуа Оноре Жорж Демальтер (1770 – 1841), Пьер-Бенау Марсьон (1769 – 1840) и Пьер Этьен Левассер. Неизвестно, кто изготовил секретер из Эрмитажа (предмет поступил после 1924 года из музея ЦУТР барона Штиглица). Его пилястры венчают египетские головки с тщательно прочеканенными причёсками. Проекты таких египетских головок были впервые опубликованы в сборнике французских архитекторов и дизайнеров Шарля Персье (1764 – 1838) и Пьера Фонтена (1762 – 1853) «Recueil de décorations intérieures». Эскизы из этого сборника в дальнейшем использовались краснодеревщиками практически без вариаций. Помимо эрмитажного эти египетские головки расположены и на пилястрах ампирного секретера из собрания ASG. Совпадает и устройство секретеров: вверху – выдвижной ящик, под ним – откидная крышка, в нижней части – две распашные дверцы. Между распашных дверок секретера из Эрмитажа – накладка золочёной бронзы в виде зажжённого факела. Этот элемент декора также разработан Персье и Фонтеном.

В 1929 году в Ленинграде был издан путеводитель по I филиалу (бывшему музею Штиглица), составленный Эльзой Христиановной Вестфален (1876 – 1942) – художницей, графиком, специалистом по прикладному искусству и музейным работником. Автор подробно описал каждый зал музея Штиглица, а также расположение предметов мебели, керамики и текстиля. В зале № 17 она упоминает несколько образцов мебели: «Мебель в центральной части – производства Голландии и Фландрии XVI в. и два великолепных шкафа немецкого города Данцига XVII в., в этих последних уже замечается влияние итальянских барочных форм, занесенных Ганзейской торговлей в северную Германию. В последнем отделении, за колоннами, голландская мебель наборной работы XVII и XVIII вв.» [1, с. 17].

В Большом собрании изящных искусств ASG есть несколько немецких шкафов XVII века, близких по оформлению голландскому шкафу того же времени из музея Штиглица. Один из самых примечательных образцов декорирован вставками из чёрного дерева, которые назывались «ювелирный руст». По фасаду этого шкафа располагаются три округлые полуколонны коринфского ордера с амурами в середине. За центральной колонной спрятан замок. Филенки декорированы фацетами вытянутой формы из чёрного дерева. На фризе – три львиные головы, а внизу – два выдвижных ящика, разделенные выступами с «алмазными гранями».

Голландский шкаф XVII века Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Секретер Франция, Париж, начало XIX века Палисандр, золочёная бронза; фанерование 150×102×45 см Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Секретер Франция, первая четверть XIX века (период Ампир) Массив и шпон красного дерева, фанерование, тонирование, золоченая бронза, гранит 141×96,5×43,5 см БСИИ ASG, инв. № 16-2876

Шкаф Германия (долина Рейна), XVII век Орех, тонированная груша, чёрное дерево, резьба 216×186×75 см БСИИ ASG, инв. № 17-2694

В музее Штиглица помимо залов есть несколько галерей: Папская галерея, Входная галерея, Верхняя галерея Большого зала, различные тематические залы-галереи. В своём путеводителе Эльза Вестфален пишет: «На верхней галерее (№ 15) большого зала, налево от лестницы, мы видим выставку мебели ящичной вязки и самых ранних шпалер немецкого и фламандского средне-вековья. Из мебели самые характерные предметы: в углу, около двери зала № 23, шкап с выдвижными ящиками тирольской работы 1524 года, отразивший более ранние технические приемы и представляющий собой образец углубленной резьбы. На другом конце этой же галереи, возле окна, поставец, украшенный двумя гербами, виноградной лозой и надписью с 1471 годом. В основе конструкции средневековой мебели лежит доска. Этот материал естественным образом вызвал декоровку плоскости различными способами резьбы сплошным орнаментом. Но такой принцип одновременно указывает на влияние востока, где он имел такое яркое применение в ковровом искусстве и в изразцовых облицовках стен» [1, с. 15].

Поскольку в музее барона Штиглица помещения галерейного типа довольно многочисленны, в честь мецената во Дворце изящных искусств ASG была названа именно галерея на первом этаже. Здесь вдоль стен представлена французская и итальянская мебель XVI – XVIII веков, а также предметы эпохи историзма. В основном это мебель из массива с богатым резным оформлением. В частности, двухкорпусный буфет-поставец французской работы с филёнками XVI века. Филёнки эти украшены овальными медальонами с изображением Карла IX, даты его коронации: «1560» и его фаворитки Марии д’Антрег Туше с её инициалами: «М.А.Т.». Изображения обрамлены изогнутыми килевидными арками (фр. doucine). Ещё один аналогичный по конструкции поставец XVI – XVII века декорирован саламандрами с языками пламени из пасти. Изображение саламандры является эмблемой Франциска I – французского короля рода Валуа, знаменитого покровителя искусств и литературы.

Поставец Франция, филёнки – XVI век, каркас –XIX век Массив ореха, резьба 185×107×49 см БСИИ ASG, инв. № 17-2614

Поставец Франция, XVI – XVII века Массив ореха, дуба, резьба 151×95,5×48 см БСИИ ASG, инв. № 18-2867

Два предмета галереи – шкаф и сундук XVI века – имеют резьбу в виде «льняных складок» – классический готический резной узор, который визуально имитирует вертикальные складки накрахмаленной ткани или свитки пергамента. Вопрос о месте изготовления сундука из собрания ASG можно считать открытым, так как декор «льняных складок» бытовал как во Франции, так и в Северной Италии, и в Испании. Принадлежность к испанской мебели возможна по

Поставец XIX век (стиль Неоренессанс) Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

причине сохранности у сундука фрагментов замка, характерного для мастерских Толедо. «Льняными складками», по четыре на каждой дверце, декорирован шкаф из музея Штиглица, который по фасаду имеет практически квадратную форму.

Шкаф XVI – XVII века Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Сундук Испания (?), начало XVI века Массив ореха, кованое железо, резьба 66×177×56 см БСИИ ASG, инв. № 20-1278

Шкаф Франция, филёнки – XVI век, каркас –XIX век Каркас и фасад – дуб, боковые и задние стенки – сосна, резьба 183,5×126,5×53 см БСИИ ASG, инв. № 17-3042

Сундук Франция, основные фрагменты начала XVI века. Детали каркаса и сборка – XIX век Каркас – сосна, фасадный и боковые филенки – дуб, резьба, лак 99×262×57 см БСИИ ASG, инв. № 20-3461

Ещё один сундук собрания ASG украшен другой популярной разновидностью средневекового орнамента – масверком – это готический каркасный орнамент, состоящий из сложного переплетения геометрических линий (прямых и дугообразных). Сундук этот в длину достигает 262 см, а филёнки изготовлены из дуба в начале XVI века.

Одним из шедевров мебельного искусства галереи барона Штиглица является итальянское «Бюро Мазарини» XVII века. В отличие от других типов бюро, оно имеет не откидывающуюся крышку, а плоскую столешницу, напоминая тем самым современный письменный стол. Предмет богато оформлен слоновой костью с библейскими сюжетами (Иосиф и его братья, Возвращение блудного сына и т.д.), имеет восемь ножек и выдвижные ящики. Первые модели бюро появились в 1670-е годы, а название «Мазарини» тип получил в XIX

Сундук XIX век Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Плоское «Бюро Мазарини» Италия, основные фрагменты XVII век Чёрное дерево, слоновая кость, гравировка, резьба 78×74,5×54 см БСИИ ASG, инв. № 15-2208

Складной столик Италия, середина XVII века Чёрное дерево, кость, бронза; инкрустация, гравировка Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Плоское «Бюро Мазарини» Италия, основные фрагменты XVII век Чёрное дерево, слоновая кость, гравировка, резьба 78×74,5×54 см БСИИ ASG, инв. № 15-2208

веке по имени Джулио Мазарини (1602 – 1661), т.к. считалось, что впервые бюро такой формы было заказаны этим кардиналом.

В этой же технике создан декор итальянского складного столика середины XVII века из музея Штиглица. Он также выполнен из чёрного дерева с вставками из слоновой кости. Примечательно, что на нём мы видим близкие в исполнении сюжеты из истории Иосифа.

В галерее присутствует и мебель для сидения – набор из шести стульев в стиле Барокко. Стулья имеют прямые квадратные спинки и резные опоры, выступающие над ними. Х-образные проножки декорированы вазонами в средокрестии, а точёные ножки выполнены в форме балюстр на «кубиках».

Набор из шести стульев Франция, XVIII в. (?) Дерево, точение 97,5×43,5×47 см БСИИ ASG, инв. № 11-2820 (1-6)

Стул Музей А.Л. Штиглица, Санкт-Петербург

Ссылки: 1. Вестфален Э.Х. Путеводитель по I филиалу (б. Музей Штиглица). – Л.: Изд-во Гос. Эрмитажа, 1929. – 21 с. 2. Путеводитель по С.-Петербургу: Образоват. экскурсии. - СПб., 1903. - 324 с. 3. Раппе Т.В. Шедевры европейской мебели XV - начала XX века в собрании Эрмитажа / Т.В. Раппе; Государственный Эрмитаж. - СПб.: Изд-во Гос. Эрмитажа, 2016. - 472 с.: ил. - (Альбом).

Кабинет на подстолье Англия (?), XVIII век Орех, эбеновое и окрашенное дерево, маркетри, кость, золочёная бронза, масляная живопись, зеркало 161×114×42 см БСИИ ASG, инв. № 18-2256

## ЗАЛЪ ГАВРИИЛА ДЕРЖАВИНА

## Залъ Гавриила Державина

Гавриил Романович Державин родился, по преданию, в селе Сокуры Лаишевского района Казанской губернии в воскресенье 3 июля 1743 года и был назван в честь Архангела Гавриила, день которого празднуется 13 числа этого месяца.

Сам Державин считал себя уроженцем Казани, города, где он вырос, воспитывался, приобрел первые знания, обнаружил первые склонности к литературной деятельности.

Происхождение Державина от мурзы Багрима льстило его воображению. Оно подтверждалось семейными документами, что этот мурза в княжение Василия Темного в XV столетии выехал из Большой Орды служить на Руси, был крещен в православную веру самим великим князем, получив при этом имя Ильи. Ему пожалованы были вотчины в нынешних Владимирской, Новгородской и Нижегородской губерниях. От сыновей его произошли Нарбековы, Акинфовы, Кеглевы. У Дмитрия Ильича Нарбекова был сын Держава, начавший службу в Казани, так возник род Державиных, которые «служили по городу Казани дворянскую службу», потому и называются в актах «Казанскими».

15-летним юношей Державин поступил в казанскую гимназию, 21 января 1759 года – день поступления в гимназию - был вместе с тем и днем ее открытия. Казанская гимназия являлась чем-то вроде колонии, филиала, сказали бы сейчас, Московского университета. Основанием, как уже упоминалось, она была обязана просвещённому Ивану Шувалову. Понимая значение, какое могла иметь Казань для изучения татарского языка, директор гимназии М. Веревкин предлагал открыть при гимназии класс татарского языка.

Более всего способностей Державин проявил к рисованию и черчению, его работы даже возили показывать Шувалову, который был поражен их качеством. Шувалов поручил М. Веревкину исследовать развалины Болгарского царства. Державин работал там несколько месяцев, описав развалины, сделав план бывшего города, рисунки остатков некоторых строений, надписи с гробниц, собрав монеты и другие археологические находки.

В 1762 году Державин мобилизовался в Преображенский полк императорской армии и заступил на воинскую службу. Как вспоминал позже сам Гавриил Романович, это были самые ужасные годы в его биографии. Армейские будни и без того тяготили его, а тут еще начался государственный переворот, в котором молодому бойцу волею судьбы пришлось участвовать. В результате переворота на престол взошла Екатерина II.

В 1772 году двадцативосьмилетний Державин получил первый офицерский чин. За время службы в армии он показал себя энергичным и храбрым офицером. Кроме того, он успешно сочетал военную службу с литературными занятиями.

В 1784 году он вышел в отставку вследствие обострения отношений с генеральным прокурором Сената А.А. Вяземским, но благодаря покровительству Екатерины II был назначен правителем Олонецкого наместничества, в котором ему не удалось применить свои изменения, так как вскоре - 15 декабря 1785 года - он был назначен правителем Тамбовского наместничества.

Памятник Г. Р. Державину (первоначальный вариант) в Казани (1847)

Императрица Екатерина считала, что поэтический талант не является помехой для административной деятельности. Державин же полагал важнейшим делом своей жизни государственную службу, с ней связывал все помыслы и поэтическую деятельность, которые ему удавалось удачно сочетать, что и определяет незаурядность его натуры. В управление губернией поэт вступил 5 марта 1786 года.

За три года своего губернаторства он смог встряхнуть “сонный” Тамбов, позаботиться о благоустройстве города, о духовном, культурном образовании и развитии его жителей, оставив тем самым значительный след в памяти благодарных потомков. Губернский город был в жалком состоянии: присутственные места без ремонта разваливались, дома строились без плана - культура строительства отсутствовала. Державин с рвением занялся благоустройством края и заботами образования общества. Он выписывает из Москвы канцелярских служащих для губернского правления, архитектора, музыкантов, балетмейстера. Просветительская роль Державина на посту губернатора не оставляет сомнений.

Фасад губернаторского дома в Тамбова в 3 D

Губернаторские дома конца XVIII века, появившиеся в рамках губернской реформы Екатерины II, считаются одним из утраченных видов гражданской архитектуры, но благодаря цифровым технологиям можно восстановить не только их внешний облик, но и интерьер.

Одноэтажный деревянный дом для губернатора Тамбова был возведен на берегу реки Цны в начале 1780-х гг.

Здание общей площадью 600 квадратных метров фасадом было обращено на реку Цну, как это было модно в Петербурге, где Нева была парадной градостроительной линией, лицом к которой располагались все здания. Дом имел анфиладную планировку. Во фронтальной части располагались парадная гостиная, кабинет губернатора, малый зал, спальня хозяев, в тыльной части — столовая, парадный зал и домашний театр. Разделял эти две зоны длинный коридор с хозяйственно-бытовыми комнатами, кухней, гардеробными и туалетом. В двух пристройкахфлигелях помещались канцелярия, бильярдная, комната для гостей, учебный класс и помещение для рукоделия. На приусадебной территории находились дом для прислуги, конюшня, каретная мастерская, амбар и погреб.

Виртуальная реконструкция интерьера опиралась на разнообразные исторические источники, в том числе реестр мебели и вещей, которые Державин выставил на продажу в связи с отъездом из Тамбова. Благодаря этому источнику, мы знаем, что Державин располагал несколькими работами Ангелики Кауфманн.

Частью своей административной деятельности Державин считал просвещение местного населения, особенно дворянства,

Малый зал губернаторского дома Г. Державина в Тамбове

Столовая

Спальня в губернаторском доме Г. Державина в Тамбове

Парадный зал

которое, по его словам, было грубо и необходительно, поэтому служебное жилье он превратил в центр не только политической, но и культурной жизни Тамбова. Благодаря этому в провинциальном городе воспроизводились столичные культурные каноны. В доме устроили театр, учебный класс и помещения для рукоделия, занятий танцами и пением, здесь проходили концерты и любительские спектакли, маскарады и фейерверки.

Фонтанный дом – архитектура, интерьер, быт – памятник екатерининской эпохи. Опись первого этажа дома на Фонтанке, составленная в мае 1815 года, и Опись аукциона, проходившего там же в 1842 году, согласно завещанию вдовы поэта, содержат опись передаваемых предметов. В первом документе четверо бронзовых часов, «вызолоченных на мраморном поддоне без стекла» в столовой, двое бронзовых вызолоченных с хрустальными колпаками в Соломенной гостиной, бронзовых вызолоченных в аванзале.

Аукционная опись, помимо 6 маленьких, включает 6 интерьерных: 1. Часы бронзовые сто-ловые, представляющие Венеру с 2 амурами; 2. Часы бронзовые

Часы-лира.

Конец XVIII века. Париж. Бронза, мрамор, золочение

ЧАСЫ-МОСТ Франция, вторая половина XVIII в. (период Людовика XVI) Белый мрамор (Saint-Béat blanc), полирование; золоченая бронза, литье, чеканка; эмаль (циферблат) 41×23×12 см БСИИ ASG, инв. № 08-1227

Гостиная

столовые в виде лиры с 2 амурами на пьедестале (модель была очень популярна и существовала во множестве вариантов) работы французского часовщика Ромильи; 3. Бронзовые ночные вазою (ночные часы негромко отбивали каждые четверть часа); 4. Бронзовые столовые, представляющиефигуру Ганимеда на колеснице, везомую 2 орлами; 5. Висячие в виде клетки с канарейками.

Часы «Ганимед в колеснице, запряженной орлами» Начало XIX века, Париж Мрамор, бронза, золочение

Часы с Дионисом Франция, первая четверть XIX века (эпоха Реставрации) Золоченая бронза, литье, чеканка, серебрение 46,5×33,5×11,5 см БСИИ ASG, инв. № 08-3943

Дом-усадьба Державина на Фонтанке

Секретер Франция, первая треть XIX века Светлое дерево, интарсия, точение, золоченая бронза, серо-голубой мрамор с включениями и прожилками черной слюды (Вleu fleuri) 163,5×91×48 см БСИИ ASG, инв. № 16-2044

Стол Франция, первая треть XIX века Массив и шпон клена, резьба, интарсия, тонирование, золочение 72,5×72 см БСИИ ASG, инв. № 13-3683

Набор из пяти стульев Франция, первая треть XIX века Кап ясеня, амарант, интарсия 80×48×42 см БСИИ ASG, инв. № 11-3774 (1-5)

Дом-усадьба Державина на Фонтанке

Дом-усадьба Державина на Фонтанке

В Фонтанном доме Державиных преобладает так называемая руинная живопись. В XVIII – начале XIX века изображения руин прочно вошли в художественный обиход русского дворянства и превратились в один из главных символов просвещённости. Живописные виды античных развалин, полуразрушенных арок и храмов стали обязательным элементом домашних коллекций: без них парадная галерея дворянского дома выглядела неполной. Этот эстетический тренд пришёл из Европы и органично лёг на идейный фундамент эпохи – на скрещение просветительских идеалов, строгого языка классицизма и эмоциональной чуткости сентиментализма.

Для художников руины были не просто эффектным мотивом, а универсальным языком для разговора о времени. В изображении обветшалых стен и колонн можно было одновременно показать хрупкость человеческого труда и вечность истории: сдвинуть действие в прошлое или будущее, а то и вовсе вывести зрителя за пределы реального времени – в условный, воображаемый мир. На одних полотнах руины служили фоном, ненавязчиво оттеняя композицию, на других становились смысловым центром, притягивая всё внимание зрителя.

При этом эмоциональный отклик на руины был разным: одни видели в них меланхоличное напоминание о бренности, другие – романтический образ ушедших цивилизаций, третьи – загадочные порталы в иные миры. Именно эта многозначность делала руины столь притягательными.

Интерес к развалинам – явление давнее и глубоко укоренённое в европейской культуре. Руины воспринимались как следы исчезнувших миров, как материальные ключи к пониманию целых цивилизаций. Ещё древние греки вглядывались в руины Ниневии и Вавилона, уже тогда бывших глубокой древностью. Позже и сам афинский Акрополь стал руиной – и превратился в источник вдохновения для художников последующих эпох.

В культурном сознании руины несли сразу несколько смыслов. Во-первых, они были символом преемственности: через них новое поколение как будто вступало в диалог с прошлым, перенимая мудрость ушедших эпох. Во-вторых, руины наделялись почти мистической аурой: в их тенях легко было представить призраков, забытых богов и души прежних владельцев. В-третьих, руины притягивали загадками: неясность происхождения и причин разрушения только усиливала их притягательность. Достаточно вспомнить, как в европейском воображении Стоунхендж превращался в творение великанов под началом волшебника Мерлина.

В России владение полотнами с руинами стало маркером утончённого вкуса и европейской образованности. Наличие таких работ в коллекции говорило о знакомстве владельца с классической историей, о его принадлежности к просвещённому кругу и умении считывать культурные коды эпохи.

Не менее важной была и пространственная рифма руинной живописи с архитектурой усадебных парков. Искусственные гроты, «капризы» и декоративные руины в парках Архангельского, Кусково и Царского Села визуально продолжали тему живописных развалин. Так создавался целостный художественный ансамбль: картины в галереях и парковые павильоны работали в унисон, формируя особую атмосферу «разговорчивости» с историей.

Русская аристократия активно скупала работы ведущих европейских мастеров, специализировавшихся на руинах и архитектурных фантазиях. Среди них выделялись:

- Гюбер Робер, в России известный как «Робер из развалин». Его лёгкие, романтизированные пейзажи были особенно востребованы у русских вельмож: в них сочетались живописность и тонкая игра с пространством.

- Джованни Паоло Панини, создатель жанра архитектурных каприччо. Его виды Рима с вкраплениями античных руин украшали лучшие галереи Петербурга и служили образцом для подражания.

Дженнаро Греко, приписывается Каприччио с видом на гавань Италия, 1683 – 1714 годы Холст, масло. 44×59,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-2419

Карло Бонавия, приписывается Пейзаж с храмом Минервы Медичи (храмом нимфы) 1751 – 1788 годы Холст, масло. 56×69 см БСИИ ASG, инв. № 04-1786

- Джованни Баттиста Пиранези, чьи монументальные гравюры с римскими древностями заказывали для библиотек и кабинетов. Масштаб и драматизм его работ придавали коллекциям серьёзный историко-художественный вес.

Ключевую роль в распространении моды на руинную живопись сыграла императрица Екатерина II. Она не только массово приобретала работы Робера и Панини для Эрмитажа, но и приглашала французских мастеров работать в России, тем самым задавая тон всей аристократической среде.

Крупные коллекции руинной живописи собирали и представители знати. Князь Николай Борисович Юсупов сформировал внушительное собрание в усадьбе Архангельское: для работ Робера там был выделен отдельный «зал Робера» с монументальными панно, написанными по специальному заказу. Граф Александр Сергеевич Строганов хранил выдающуюся подборку итальянских каприччо и французских руинных пейзажей в своём дворце на Невском проспекте. Графы Шереметевы и Орловы оформляли «руинными» видами свои подмосковные и петербургские резиденции, добиваясь единства художественного замысла между интерьером, парком и живописными образами прошлого.

Руинная живопись в России XVIII – начала XIX века была не просто художественным увлечением, а сложным культурным явлением. Она соединяла эстетические вкусы эпохи, социальные амбиции аристократии и философские размышления о времени, преемственности и памяти. Через образы развалин русское дворянство не только демонстрировало свою образованность, но и выстраивало собственный диалог с европейской культурой и историей, превращая руины в символ связи времён.

Франс-Ксавье Вербек Бал у колоннады Фландрия, XVIII век Холст, масло. 29×38,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-2715

Агостино Тасси, приписывается Похищение Елены Италия, первая треть XVII века Холст, масло. 69×84,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-2215

Дженнаро Греко, приписывается Каприччио с видом на гавань Италия, 1683 – 1714 годы Холст, масло. 44×59,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-2419

Жан-Батист Клодо Под сенью античных руин Франция, 1760 – 1805 годы Холст, масло. 70×77,5 см БСИИ ASG, инв. № 04-3105

Клас Корнелиссон Муйарт Иосиф, проданный в рабство Голландия, вторая четверть XVII века Дерево, масло. 58×84 см БСИИ ASG, инв. № 04-2221

Список литературы: 1. Брилиант С.М. Г. Р. Державин. Его жизнь, литературная деятельность и служба. – СПб., 1893. – 79 с. 2. Городнова Л. Е. Зубриловская песнь Державина //Аналитика культурологии. – 2007. – №. 9. – С. 126-136. 3. Державин Г. Р. : библиографический указатель / ТОГБУК «Тамбовская областная универсальная научная библиотека им. А. С. Пушкина» ; сост. Е. В. Туева ; ред. О. А. Суслова. – Тамбов, 2023. – 77 с. 4. Дзюбанов С.Д. «Реестр, что продать» (1789–1791 гг.) как источник для реконструкции державинского быта тамбовского периода // Г.Р. Державин и его время. - СПб., 2009. - Вып. 5. - С. 49–66. 5. Костюхина М. С. Дом Державина и детский патриотический текст XIX в. // Детские чтения. – 2012. – №. 1 (1). – С. 78-90. 6. Морозова Н.П. Сюжетные мотивы бронзовых часов особняка Державина в творчестве поэта // Г.Р. Державин и его время: Сб. науч. тр. Вып. 13. – СПб., 2017. – С.35-57. 7. Цинцадзе Н., Кунавин К. Гаврила Державин в 3D // Родина. – 2020. – №. 9. – С. 130-133.
