Глава 5. Слово о словах, или Кое-что о сублимации чувств
5. СЛОВО О СЛОВАХ, ИЛИ КОЕ-ЧТО О СУБЛИМАЦИИ ЧУВСТВ
Ретроспекция.
В тот летний день деловая жизнь корпорации немного вышла из обычного режима. Но понять наших молодых сотрудников можно: встречали гостей, да не простых. На встречу "за круглым столом" были приглашены видные деятели культуры Татарстана, ученые, руководители Государственного Совета республики, министры, директора издательств. Не обошли своим вниманием эту акцию и журналисты. Темой очередного "круглого стола" (кстати, они у нас уже традиционны) на этот раз стала книга, важнейшая составляющая культурной жизни общества. Как точно заметил на встрече один из выступавших: "Что остается после нас потомкам? Даже самые прекрасные дома постепенно разрушаются, машины стареют, а книга - остается". (Согласен и должен признаться, что с детства отношусь к книге с особенным пиететом. Собрал приличную библиотеку, и нет для меня вечером большего удовольствия, чем зарыться в нее с головой).
Так что тема "круглого стола" возникла отнюдь не случайно. Хотелось узнать мнение коллег-депутатов и людей, имеющих к созданию книги самое непосредственное отношение, о законопроекте, регламентирующем книгоиздательскую деятельность и книжную торговлю в республике, который я предложил Государственному Совету.
А поскольку началась встреча в Книжном центре "Образование", то разговор, естественно, зашел и о его судьбе. Я уже рассказывал о странной, мягко говоря, приватизационной политике комитета по управлению коммунальным имуществом. "Обидевшись" на "Образование", городская власть чуть не продала этот магазин "с молотка". Я не против аукционной продажи недвижимости. Но как можно было совершенно проигнорировать при этом интересы коллектива, создавшего один из лучших книжных магазинов города, приносящего к тому же в городскую казну весьма и весьма большие деньги, аккуратно выплачивая налоги?
По моим наблюдениям, ни одна сессия Государственного Совета Татарстана не обходится без речей - с трибуны или от микрофона - о возрождении татарской национальной культуры, языка, литературы. Достаточно послушать яркие, эмоциональные речи наших писателей-депутатов, чтобы искренне проникнуться пониманием остроты и болезненности этой проблемы. Впрочем, любого мало-мальски интеллигентного человека, независимо от национальности, не может не тревожить, что говорить о нашей общей великой культуре приходится все чаще и чаще с горечью и озабоченностью. Между тем снижение общего культурного уровня отзывается в обществе самыми драматическими последствиями - ростом преступности, деградацией целых социальных слоев и многими другими бедами.
Униженное состояние культуры вызывает у меня те же чувства, но я стремлюсь сублимировать их в реальную помощь, которую можно оказать ей, исполь- В корпорации "Образование" прошла презентация книги Рината Мухамадиева "Мост над адом". зуя возможности нашей корпорации. Кроме того, я обязан делать это и как народный депутат Татарстана. Все сказанное заставило меня взяться за разработку законопроекта "О книгоиздательской деятельности и книжной торговле в Республике Татарстан"
Не стоит объяснять, почему из широчайшего спектра понятия "духовное достояние нации" выбрана именно книга - наиболее значимая, на мой взгляд, его часть. А вот почему акцент поставлен именно на литературе татарской, на литературе о Казани и Татарстане - требует пояснения. Речь не идет о каких-то искусственных приоритетах. Мы живем в республике с официальным двуязычием, в республике, где веками соседствовали русские и татары, в республике, которая стремится к тому, чтобы сохранялась и развивалась национальная культура всех населяющих ее народов.
Однако экономические реалии - опять они! — таковы, что татарская литература оказалась в объективно более тяжелой ситуации, чем русская. Кризис производства русской книги, продолжавшийся несколько лет, уже миновал - говорю об этом со счастливой убежденностью. Рынок сделал свое дело. Во всех российских городах, и прежде всего в Москве огромными тиражами издаются прекрасные произведения, которых мы ждали десятилетиями.
С татарской книгой, в том числе и переведенной на русский язык, все обстоит несколько иначе, хотя в республике делается для нее очень многое. На прилавках Книжного центра "Образование" можно увидеть практически всю изданную (не только в Казани) татарскую литературу. В ходе социологического опроса, проведенного специалистами маркетинговой службы, выяснилось, например, что покупатели часто спрашивают такие издания, как "Мой первый татарский словарь", сборники татарских народных сказок, серия "Татарское народное творчество" в 16-ти томах. Следовательно, они постоянно должны быть в продаже - и менеджеры Книжного центра следят за этим. Но, увы, многие из таких "обязательных" книг сегодня почти не издаются. Редко можно встретить хорошо изданную детскую литературу и учебники на татарском языке, книги классиков татарской литературы, произведения современных писателей, особенно молодых. Словом, библиофилам Татарстана хотелось бы значительно большего.
К сожалению, татарская книга не выдерживает жесткой конкуренции сегодняшнего книжного рынка. И не потому, что не интересна читателям. Самое обидное, что страдают действительно хорошие книги любимых в Татарстане писателей. Дело в том, что если и национальным вопросам тираж в сто тысяч экземпляров огромная Россия легко переварит, то для Татарстана и десять тысяч могут перенасытить рынок - по вполне объективным причинам. Между тем, от тиража впрямую зависит цена: чем меньше экземпляров напечатано, тем дороже каждая отдельная книга. А сегодняшняя платежеспособность населения ставит его перед трудным выбором между хлебом духовным и хлебом, так сказать, вещественным.
Но это только одна сторона проблемы.
Татарская книга проигрывает красочным московским изданиям и внешне. Вот стоят они рядом - глубокое, талантливое произведение в бумажной обложке неопределенного цвета и какой-нибудь роскошно разодетый "Рембо"... Ничего не имею против остросюжетной литературы, однако столь кричащее несоответствие формы и содержания вызывает резкий внутренний протест. И опять-таки причиной бедного полиграфического исполнения становится малый тираж. Наши издательства могли бы выпускать превосходные книги, но, стремясь макси-мально снизить цену, они используют самую дешевую бумагу, самые простые технологии.
Автограф на память. Известный татарский поэт, председатель комиссии по культуре Госсовета РТ Роберт Миннуллин в Книжном центре "Образование".
Бог с ним, с Рембо и его ламинированной пестротой. Но человек, хотя бы раз подержавший в руках культуры вызывает тисненый благородной позолотой переплет энциклопедии Брокгауза и Ефрона, инстинктивно будет отторгать полиграфическое убожество: все-таки людям изначально свойственно естественное тяготение к прекрасному. У каждой медали, как известно, две сторо- в реальную помощь, ны. Бурное развитие книгоиздания дает возможность подправить художественный вкус общества, весьма подпорченный десятилетиями "остаточного" финансирования учреждений культуры. Это хорошо. Но как нашей корпорации. быть с обратной стороной медали - с оформительской бедностью, оскорбляющей богатое содержание хорошей, но малотиражной книги?
Самое плохое, что вынужденная экономия книгоиздания формирует у людей несправедливо снисходиВсе это заставило тельное отношение к татарской литературе вообще - формирует с детства, на уровне подсознания...
Кроме воспитательного, психологического аспеккнигоиздательской та у книгоиздания и книготорговли есть и другой, который вполне можно определить как политический. и книжной торговле Татарстан все настойчивее выходит на международную арену. Постоянно усиливается интерес к республике в мире. Учитывая особенности западной ментальности, огромное значение, которое придается там publicity — то есть рекламе, известности, популярности - развитие этого процесса будет во многом зависеть от того, насколько привлекателен для мировой общественности образ нашей республики. А создание имиджа - это постоянная и достаточно серьезная работа, составной частью которой должно стать издание художественных и фотоальбомов, буклетов и книг, отражающих историю и современность Татарстана. Не зря же к приезду очередной официальной делегации обычно начинаются судорожные поиски "чего-нибудь" о Татарстане. "Souvenir" - самое ходовое слово ино- и серьезная работа.
Униженное состояние нашей общей великой у меня чувства горечи и озабоченности, но я стремлюсь сублимировать их которую можно оказать ей, используя возможности Кроме того, я обязан делать это как народный депутат Татарстана. меня взяться за разработку законопроекта "О деятельности в Республике Татарстан".
странных туристов, утверждают продавцы нашего "Книжного центра".*. Да и по собственному опыту знаю, что при любой поездке за рубеж стараешься набить чемодан хоть чем-нибудь, что могло бы дать чужеземцам представление о моей Родине. Нельзя увезти с собой Волгу и Раифский заповедник, Булгарское городище и Казанский Кремль, памятные уголки старой Казани, но можно и должно иметь с собой красивое их отражение.
Нельзя сказать, что ничего этого у нас нет вовсе. Издания такого рода осуществляются, но носят эпистараешься набить зодический и достаточно бессистемный характер. Пройдите по книжным магазинам - в лучшем случае обнаружите один фотоальбом о Казани, причем, не самого высокого качества. А их должно быть 10-15: уникальных и дорогих, попроще и подешевле.
В принципе каждый интеллигентный дом, наверное, хотел бы иметь в своей библиотеке несколько хороших изданий о республике и ее столице. Однако Булгарское городище далеко не каждый захочет отдать 100 тысяч за нечто размытое по форме и посредственное по содержанию.
Вывод из всего сказанного, думаю, не вызовет ни у кого сомнения: далеко не все ладно в книжном королевстве и, стало быть, надо что-то делать.
Я не деятель культуры, а предприниматель, то есть по определению должен предпринимать конкретные шаги для преодоления возникающих трудностей. Что толку бесконечно констатировать одни и те же факты? Да, экономические реалии таковы, что бюджет не в состоянии обеспечить не только расцвет культуры, но даже ее сохранение. Да, те жалкие крохи, которые все же выделяются, часто не доходят до цели: более половины средств доходной части бюджета приобретает вид злополучного бартера и взаимозачетов, которых сфера культуры не приемлет. Да, предприятия и тем более частные лица не могут сегодня сколько-нибудь серьезно заниматься спонсорством, или, говоря благозвучным языком прошлого, меценатством. При существующей системе налогообложения, того, что остается после всех платежей, не хватает порой даже на простое воспроизводство. Думать о развитии не приходится даже успешно работающим предприятиям. Нет смысла в этих условиях взывать к современным Третьяковым и Мамонтовым - они не появятся. Слишком отличаются условия, в которых жили и действовали российские деловые люди в девятнадцатом веке, от тех, в которых существуют и работают предприниматели конца века двадцатого.
Создание имиджа республики — это постоянная Составной частью ее должно стать издание фотоальбомов, буклетов и книг об истории и современности Татарстана. По собственному опыту знаю, что при любой поездке за рубеж второй чемодан хоть чем-нибудь, что могло бы дать чужеземцам представление о моей родине. Нельзя увезти с собой Волгу и Раифский заповедник, и Казанский Кремль, но можно и должно иметь с собой красивое их отражение.
Но если нельзя сменить предпринимателей, то, может быть, стоит поменять условия, в которых они находятся?
Название законопроекта "О книгоиздательской деятельности и книжной торговле в Республике Татарстан", который автор этих строк предложил вниманию Государственного Совета, звучит сухо и отстраненно, но я был убежден, что к обсуждению его все заинтересованные стороны подключат не только разум, но и сердце. И не ошибся. То, что положительный отзыв был получен из Министерства информации и печати РТ, неудивительно: Ислам Ахметзянов, достаточно прогрессивный его руководитель на себе испытывает все трудности кникорпорацию "Образование" гоиздательского дела. А вот полная поддержка комиссии Госсовета Татарстана по бюджетно-финансовым вопросам, которой вообще-то отведена роль жесткого охранителя бюджета, была, признаюсь, приятной неожиданностью. Гелий Кобелев, председатель комиссии, еще раз доказал, что видит себя не Гобсеком над казной, а прагматично и широко мыслящим экономистом. Тратить, чтобы получать — единственно возможный способ пополнения бюджета.
Законопроект достаточно широк, это попытка систематизировать все основные нормы, регулирующие столь социально значимые отрасли как книгоиздание и книготорговля. Но здесь я остановлюсь лишь на одном, экономическом аспекте документа. Если очень коротко, суть его сводится к двум пунктам. Первое: предприятия и организации, которые возьмут на себя труд издавать и распространять литературу на татарском языке, произведения татарских авторов на русском языке, книги о Казани и Республике Татарстан, дает возможность освобождаются от уплаты в республиканский и местный бюджеты налогов на прибыль, добавленную сто-имость, имущество. Разумеется, не полностью, а только на ту сумму, которая была реально затрачена на эту богоугодную деятельность. Второе и главное: этим предприятиям разрешается продавать названную литературу по ценам ниже ее фактической себестоимости.
С писателем Ринатом Мухамадиевым связывают давние оружеские отношения.
Другими словами, если себестоимость книги из-за небольшого (но разумного для республики) тиража и дополнительных расходов на приличное полиграфическое исполнение будет выше той цены, по которой ее реально могут купить наши весьма небогатые читастороной медали — тели, то за потери, которые понесет в этом случае издатель, ему - так и быть! - скостят часть налогов.
Надо признать, что тяжелый налоговый гнет - объбогатое содержание ективная необходимость сегодняшней экономической ситуации. Хотя, конечно, наша система налогообложения очень далека от совершенства и неизбежно будет изменяться. Однако и в условиях, предложенных федеральным налоговым законодательством, у республики есть, на мой взгляд, возможность несколько подправить ситуацию. Проект закона о книгоиздании и книготорговле решает в определенной мере эту задачу.
Речь ведь идет об особой сфере, если хотите, сфере духовного производства. В идеале область культурной деятельности должна обеспечиваться государством, финансироваться из бюджета, как это и делается в развитых странах. Но коль скоро у нашего государства пока нет такой возможности, оно должно как-то поощрять любые инвестиции в нее извне.
Бурное развитие книгоиздания подправить художественный вкус общества, весьма подпорченный десятилетиями "остаточного" финансирования учреждений культуры. Это хорошо. Но как быть с обратной с оформительской бедностью, оскорбляющей хорошей книги?
Вряд ли книгоиздатель, хотя бы минимально изучивший коньюнктуру рынка культурных ценностей, рассчитывает на ту же прибыль, которую приносит, допустим, производство водки. И если он все же берется за дело - в нашем случае за издание и продажу книг, нужных людям и обществу, но не сулящих особого материального обогащения, то разве не следует государству поддержать эту инициативу? Полагаю, никто не рискнет откровенничать: нет, не следует. Кому же хочется приклеить к своей фамилии ярлык "гонителя культуры"? Тем не менее, под флагом экономии бюджетных средств, законопроекту было оказано определенное противодействие. Что неудивительно, когда речь идет о деньгах. Одно дело - уронить публичную слезу над "нашей бедной культурой", другое - приносящее в казну отщипнуть для нее толику от бюджетного пирога. Мои налоги, а во-вторых оппоненты, утверждающие, что "мы сначала принимаем бюджет, а потом растаскиваем его по кусочкам" доступные по цене вольно или невольно подменяют понятия. Прямые бюджетные вливания и налоговое стимулирование предприятий - вовсе не одно и то же. Полученные из бюджета деньги - это как бы дармовые, "легкие" деньги, которые легко и тратятся. Другое дело - сначала заработать прибыль, а потом получить на нее налоговые льготы. Разница существенная. Проект лишь разрешает предпринимателю затратить часть заработанных им же самим средств на конкретное, благое для общества дело.
Он берется за дело добровольно, никаких планов, обеспеченных финансовыми и материальными ресурсами, ему "сверху" не спускают. При этом предприниматель достаточно серьезно рискует. Издавая книгу или берясь за ее продажу, он уже вкладывает свои деньги. Будет ли отдача — никто не знает. Возможно, затраты окажутся больше, чем сумма налоговых льгот. Возможно, заработанных средств не хватит на продолжение дела. Словом, никто ничего ему не гарантируст.
Право же, государству стоит подождать с очередной налоговой стрижкой, чтобы получить в итоге не шерсти клок, а во-первых, воспрянувшее полиграфическое производство, - и это главное — новенькие и вполне книги татарских писателей.
Государство же получает определенные гарантии. Планировать доходы от налога на прибыль или от НДС - еще не значит получить их. То ли добьется налогоплательщик прибыли, то ли нет. То ли сумеет реализовать свою продукцию или товар, то ли не сумеет. А вот изданные книги - это уже факт, реальность, которую можно потрогать руками. То есть предприниматель как бы авансирует ту часть бюджета, которую государство потратит "на культуру"
Более того, если сделать все по уму, впоследствии часть "потерянных" налоговых платежей вернется в бюджет. По весьма жестким нашим расчетам одни только трехмиллиардные инвестиции, которые могло бы осуществить "Образование" на условиях льготного налогообложения, способны настолько восполнить острый дефицит оборотных средств полиграфических предприятий республики и оживить их, что в течение одного года будет выпущено книг дополнительно на 15 миллиардов рублей. Соответственно в бюджет поступит более 2 миллиардов рублей налоговых платежей. Право же, государству стоит подождать с очередной налоговой стрижкой, чтобы получить в итоге не
ДІЛАС*
С экскурсии в Книжный центр начался один из наших традиционных "круглых столов"... шерсти клок, а во-первых, воспрянувшее полиграфическое производство, приносящее в казну налоги, а во-вторых - и это главное - более 100 тысяч экземпляров новеньких и вполне доступных по цене книг татарских писателей.
Был в отечественной новейшей истории этап, когда налоговые льготы раздавались направо и налево, причем приоритетными в этом увлекательном процессе были интересы не столько общества, сколько вполне конкретных лиц. А бюджет тем временем трещал по всем швам. Сейчас ударились в другую крайность: не давать льгот вообще, никаких и никому. А делать это надо, только грамотно. Принцип прост: льготы следует предоставлять не вообще предприятию, фонду или уважаемому человеку, а тому из них, кто станет заниматься конкретным видом деятельности, в данном случае - книгоизданием.
...а продолжился он в конференц-зале корпорации "Образование".
Разумеется, предложенная схема гораздо сложнее привычных для нас бюджетных отношений: "отнять и поделить". Но кто сказал, что к успеху ведут простые дороги?
Несколько слов о том, почему в проекте закона были объединены издание и продажа книг.
Если в книгоиздании все более или менее определенно, оно просто нуждается в инвестициях, то в книжной торговле дело обстоит несколько сложнее. Между тем, ее можно назвать второй составной частью единого целого. Книгу мало написать и издать, ее надо еще донести до читателя. А если по причинам, которые здесь уже рассматривались, торговать какими-то определенными книгами становится невыгодным? Убыточная торговля - это нонсенс, сапоги всмятку, горячий лед. Если рядом с нерентабельными книгами выгодно торгуют, скажем, телевизорами, то будьте уверены: от книжного магазина очень скоро останется только вывеска. Что и видят казанцы, с изумлением обнаруживая в бывших книжных магазинах вольно раскинувшиеся диваны или парфюм, перебивающий неповторимый книжный запах.
Разумеется, торговля книгами может быть рентабельной. Но в этом случае она требует особого умения и особой преданности. Книжный центр "Образование" например, не только не сократил, но и расширил зал книжной торговли. (Хотя, как я уже говорил, над ним нависла реальная угроза продажи с аукциона. Уже нашлись, говорят, и весьма крутые покупатели. Но это к слову.) Среднемесячный товарооборот его вырос с 90 миллионов в прошлом году до 300 миллионов в нынешнем.
Если сравнить "урожаи", которые собрали со своих торговых площадей наш Книжный центр и Татарское книготорговое объединение, то открывается еще более выразительная картина. Удельный, то есть на один квадратный метр, товарооборот Книжного центра "Образование" в первом квартале 1996 года был больше, чем в среднем по Таткнигообъединению, в 2,5 раза, в четвертом квартале — уже в 6 раз. Маркетинговые исследования свидетельствуют: цены в Такнигообъединении значительно выше, чем в альтернативных торговых фирмах: научная литература дороже на 40-50 процентов, учебная - на 30-40, детская - на 20-30, художественная - на 15-25 процентов. Стоит ли гордиться, как это делает руководство объединения, тем, что оно "остается единственным в Ре- и Мамонтовым - спублике Татарстан, сохранившим сеть государственных книжных магазинов"? Может быть, лучше подумать о причинах тихого умирания тридцати магазинов, входящих в его систему?
Причины, впрочем, видны невооруженным глазом. Торговля идет ни шатко, ни валко - значит, нет и обороссийские деловые ротных средств. Две трети товара поступает в магазины через посреднические фирмы и "челноков" - неизбежно растут цены. Беден ассортимент - множатся долги поставщикам. В целом все это называется неповоротливым государственным монополизмом, безнадежной попыткой победить в заведомо проигранном соревновании. Хотя "альтернативной фирмой" порой оказывается всего-навсего шустрый книжный лоточник.
Вот почему законопроект предусматривал особый механизм приватизации предприятий Таткнигообъединения. Убежден: книжная торговля должна быть выделена из общего закона о приватизации - именно в силу своей социальной значимости. Разумеется, если магазин успешно торгует, платит налоги - приватизировать его пока незачем. Но если он бедствует, если потолки того и гляди обвалятся - продавать его надо, и побыстрее. А для того, чтобы новому хозяину не пришла в голову мысль загнать книги в самый темный уголок магазина, государству придется позаботиться о том, чтобы книжная торговля стала рентабельной. Налоговые льготы, о которых здесь говорилось - один из шагов к этой цели. Следует примириться с мыслью, что нет такой силы, которая заставила бы коммерсанта торговать себе в убыток. Если не удастся обойти прямые запреты (на перепрофилирование, например), он просто займется чем-нибудь более выгодным. И тогда государству придется вообще все расходы по спасению книжной торговли брать на себя. Жить она в этом случае, может, и будет, а вот радоваться жизни - вряд ли.
Думать о развитии не приходится даже успешно работающим предприятиям. Нет смысла в этих условиях взывать к современным Третьяковым они не появятся. Слишком отличаются условия, в которых жили и действовали люди в девятнадцатом веке, от тех, в которых существуют и работают предприниматели конца века овадцатого..
Полагаю, что, отработав систему налогового стимулирования на книжном деле, можно было бы перенести накопленный опыт и на другие социально значимые программы. В любом случае, государственной власти придется так или иначе стимулировать инвестиционные процессы в необходимых обществу, но не прибыльных сферах деятельности. Это и есть экономические методы управления экономикой и в целом - развитием общества. Не надо планировать кому, что и сколько производить - этого мы накушались до несварения желудка. У государства есть в руках мощные рычаги экономического воздействия. Если ему необходимо, чтобы какая-то отрасль, какое-то производство заработало и двинулось вперед - надо сделать их привлекательным для капитала, создать такие условия, чтобы вложенный в них рубль приносил хорошую прибыль. Позднее льготы можно отменить, ведь давались они не навсегда, а на два - три года. Это не обман предпринимателя: к тому времени оборудованис завезено, производство создано, он окреп и может вложить в дальнейшее развитие уже свой капитал. А значит, он никуда из этой сферы не уйдет, в ней и останется. Вполне цивилизованный способ преодоления первоначальных трудностей, принятый повсюду, где не на словах, а на деле хотят вытащить застрявший воз из разбитой колеи. Волшебная дирижерская палочка: взмахнул - и запели скрипки, взмахнул в другой раз — и ударил барабан. А в целом зазвучала восхитительная, слаженная симфония.
Следует примириться с мыслью, что нет такой силы, которая заставила бы коммерсанта торговать себе в убыток. Если не удастся обойти прямые запреты, он просто займется чем-нибудь более выгодным. И тогда государству придется вообще все расходы по спасению книжной торговли брать на себя. Жить она в этом случае, может, и будет, а вот радоваться жизни - вряд ли.
В республике достаточно различных государственных органов, которые по службе обязаны заниматься разработкой полномасштабной программы развития книгоиздания и книготорговли. Отнюдь не замахиваюсь на столь всеобъемлющую задачу. Но я знаю два способа реализации любой программы. Первый - принять документ, "подвести" под него финансирование и ждать поступления денег. Второй - просто перейти от слов к делу. В отсутствие первого вполне годится и второй.